Останні новини

Парк Горького. 12 июля. КАК ЭТО БЫЛО

Сейчас, когда я уже дал необходимые показания в милиции, прошел судмедэкспертизу, считаю необходимым постараться в точности восстановить картину: КАК ЭТО ПРОИЗОШЛО. И постараться разобраться, ПОЧЕМУ ЭТО ПРОИЗОШЛО.

Итак, 12 июля. Где-то в 18.30 я созвонился с Игорем Рассохой, который сообщил мне, что днем в парке опять произошла вырубка, снова “партизанским методом”: по быстренькому нарубили деревьев на краю площадки и сбежали. В 19.00 – я уже на месте. Вместе с Рассохой рассматриваем свежие срезы – срублено 20 деревьев, все кроме одного (засохшего) были в хорошем и даже отличном состоянии, большинство – приличного возраста, если судить по диаметру стволов. Хотя многие деревья были зашипованы, рубщики сумели преодолеть эту “неприятность” – такие деревья были срублены практически на уровне земли, так что виднелись места, где бензопилой “счесан” грунт при вырубке дерева (На заметку “неизвестным негодяям”, шипующим деревья. Хорошо бы повбивать шипы у основания дерева так, чтобы их острия находились даже ниже уровня грунта. Ну и погуще, насколько это возможно!). Между тем, на другой стороне вырубленной площадки вовсю кипит работа: уже огорожена металлической изгородью одна площадка, гудят две больших машины-бетономешалки, рабочие заливают фундамент. При этом, как обычно, стройплощадка никак обозначена не была, если не считать протянутую с одной стороны метров на 50, местами волочащуюся по земле, ленточку.

19.00. К месту вырубки подтягиваются другие зеленофронтовцы. Ясинский, Гуденко, Шкурат и другие. Игорь Гуденко хочет пройтись вокруг и поснимать на видео происходящее. Несмотря на, скажем так, не очень интеллигентный вид рабочих, мыслей о возможности каких-либо экстремальных ситуаций нет – мы никому не мешаем, только фиксируем на камеру, тем более, что на другом конце площадки собралось около 10 наших товарищей. К сожалению, мы недооценили степень “отмороженности” большинства этих особей с повадками урок. Но мы с Гуденко об этом не знали, поэтому спокойно шли по периметру площадки, Гуденко снимал, я шел рядом. Но когда мы дошли до угла площадки, противоположного месту последней вырубки, находившемуся, можно сказать, эпицентре текущих строительных работ, на нас начали “наезжать”. Причем в буквальном смысле этого слова – какой-то рабочий завел мини-погрузчик и поехал на нас сзади. Не подавая никаких сигналов, он едва не наехал на Гуденко, потом демонстративно направил погрузчик на меня, а остановившись в полуметре, выскочил из кабины и начал при помощи двух-трехэтажного мата рассказывать, как мы ему мешаем. Производимые в этот момент работы (как я уже говорил выше – заливка фундамента) не требовали никакого участия в оных данного погрузчика, и нет сомнений, что начал он ездить как раз в нашем направлении именно “благодаря” нашему появлению. Тем не менее, мы освободили ему дорогу, а я посоветовал водителю убрать из его речи матерные слова, перейти на вы, и, желательно, с употреблением слова “пожалуйста”. Тем временем к нам подошло еще несколько человек из числа рабочих, которые также не очень стеснялись в выражениях. Невысокого роста парень лет 30, судя по манере поведения – то ли их руководитель, то ли “хозяин”, не матерился, но с ходу обвинил нас в том, что мы воры, крадем стройматериалы, достал из кармана мобильный и начал снимать нас на видео как бы “в ответку”. Собственно, против этого мы никак не возражали – пускай себе снимают. Еще один, в черной футболке заорал, что мы не имеем права его снимать без его согласия. В ответ на что я попросил его представиться (себя я назвал), мотивируя это тем, что сложно вести какие-либо разговоры с анонимом. Еще пара человек достали мобильные телефоны, и начали нас демонстративно снимать, приблизившись при этом на расстояние вытянутой руки. К сожалению, вот этот момент я проморгал. Потому что нас с Гуденко в течение нескольких секунд окружили 6-7 “рабочих”, прижав к ограде строящейся “спортплощадки”, так что и сбежать уже не было никакой возможности. А вот для чего это было сделано, стало вскорости ясно, как божий день. Вначале один из них, в черной футболке (тот самый, который очень заботился о законности видеосъемки собственной физиономии), демонстративно вымазал руки в растворе с цементом и вытер их об меня, явно провоцируя. Я не отреагировал (точнее – отреагировал лишь словесно, стараясь быть подчеркнуто вежливым), но вечер уже явно “перестал быть тихим и томным”… Еще один “рабочий”, высокий, в красной футболке, весьма сявотского вида, начал очень агрессивно размахивать руками перед лицом Гуденко (примерно в 10-15 см), а когда я пытался загородить от него руками камеру, стал орать угрозы и бить по рукам. При этом он попытался уже целенаправленно выхватить у Гуденко камеру, когда я его перехватил, он ударил меня в челюсть, а я обхватил его руками и повалил на землю. Он молотил меня руками в грудь, но я его не отпускал, тогда же почувствовал удар ногой под лопатку – один, второй… дальше был удар ногой в голову. Дольше, судя по количеству ударов, еще человека три решили поиграть мной в футбол. В то же время зачинщик драки, навалившись на меня пузом, пытался также ударить еще раз кулаком по голове. Ну что ж, раз пошли бои без правил – не имея возможности отбиться, я вцепился в него зубами рядом с пупком – он взвыл от боли.

… Еще пара ударов ногами в голову – я уже перестал чувствовать боль. В глазах помутилось. После чего какое-то время (может быть, секунд 5-10) несколько человек стояли надо мной лежачим и “отрабатывали” ногами. Сквозь уходящее сознание услышал крики “Держи его – у него камера!” – судя по всему, “рабочие” пытались поймать Гуденко и устроили на него облаву.
… Через несколько минут я открыл глаза, но не мог встать. Болела шея, так что невозможно было поднять голову, очень сильно болел бок (боль усиливалась при малейшем движении), кружилась голова. Сильно хотелось пить…

***

“Скорая” ехала долго – говорят, более 40 минут. За это время появившаяся милиция успела снять пояснения с фигурантов очередного (боюсь, не последнего) инцидента, причем, судя по звукам (головы повернуть я не мог), т.н. “рабочие” не стеснялись проявлять свою агрессию к зеленофронтовцам даже в присутствии милиции. В 4-й неотложке, выполнив все формальности (рентген, узи, томография), врачи решили – раз нет очевидных патологий (переломов, трещин, повреждений внутренних органов) – значит, я не их клиент и должен отправляться домой на своих двоих. То, что в результате множественных ушибов я в течение нескольких часов не мог подняться, а мышцы шеи из-за боли не могли как следует держать голову в вертикальном положении – значения не имело. Увы, но это так, и сложно сказать, является ли это результатом каких-либо указаний свыше или обычным отношением персонала 4-й неотложной больницы, работающей по принципу “конвейера”, к обычным пациентам, гражданам Украины. На мой взгляд, если верно последнее, это во сто крат хуже и страшнее.

***

Несмотря на поздний час и усилившееся головокружение, НАДО БЫЛО обязательно подъехать в ЦОМ Дзержинского райотдела на улице Ромена Роллана и дать пояснения по поводу инцидента, а также взять направление на судмедэкспертизу. Тем более это было необходимо, так как со стороны “рабочих” (особенно со стороны укушенного мной гопника) уже прозвучало обвинение в том, что это, оказывается, мы с Гуденко бросились на 6-7-х амбалов и затеяли драку. Домой я приехал уже во 2-м часу ночи.

P.S. Благодарю всех, кто беспокоился обо мне и моем здоровье. Спасибо большое, через пару дней я чувствую себя более-менее сносно. Голова (тьфу-тьфу) уже не болит, грудная клетка цела, повреждений позвоночника и основания черепа (чего я очень боялся в связи с ощущениями шеи в первый день) тоже нет. По поводу головы врачами рекомендовано полежать пару дней и понаблюдаться, сделать кой-какую профилактику, по поводу всего остального – прописаны обезболивающие.

Только во время судмедэкспертизы узнал, что множество ударов мне нанесли в корпус (со спины и с боков) – я их совершенно не чувствовал в момент нанесения, с какого-то момента я ощущал только удары по голове. Эксперт насчитал только на спине (начиная от области лопаток и кончая поясницей) 14 следов таких ударов – кровоподтеков, ссадин, гематом, а всего их – более 20 (см. фото). Теперь я понимаю, почему в течение 2-3 часов после таких вот “процедур” в парке Горького я без посторонней помощи не мог не только встать, но даже и сесть. Большое счастье, что ни один из этих 14 (или больше) ударов не попал в позвоночник. К слову, почти полтора десятка следов на спине – замечательное “подтверждение” версии наших оппонентов о том, что я на них “напал”. В общем и целом – надеюсь, что за недельку-другую окончательно приду в норму.
Фото2032

Фото2045

Фото2046

P.P.S. Некоторые выводы.
1. В парке Горького нет нормальных рабочих – это отморозки, человеческое отребье, собранное Гепой и Ко неизвестно где. Я думаю, после происшедшего 12 июля не будет возражений против такой оценки.

2. Исходя из п. 1 нам следует подумать о собственной безопасности. Ни в коем случае не ходить по парку Горького (особенно вблизи вырубки) в одиночку, даже два человека – мало, по возможности, иметь свободными руки и в руках – минимальные средства самообороны. Не у всех может найтись баллончик или коробочка с перцовой смесью, но вот хороший дрын (благо в парке после рубок они валяются в изобилии) должен быть под рукой всегда.

3. Также исходя из п.1, надо подумать об изменении тактики. Бесполезно рассказывать уркам о праве и законности – с равным успехом можно пытаться читать Гепе лекцию о морали и нравственности. Я хочу, чтобы я был последним потерпевшим с нашей стороны. Скажу больше – я хочу, чтобы нашлось некоторое количество “неизвестных негодяев”, которые бы слегка подравняли счет по потерпевшим. Естественно, не рекомендуя при этом этим самым “неизвестным негодяям” светиться на обсуждении последнего тезиса. В общем, вы меня поняли.

http://gorkiy-park-kh.livejournal.com/819485.html

More in Кримінал, Новини, Події, Політика, Поліція, Право, Суспільство, Здоров'я, Місцева влада, Протест
Після того, як пішли політики. День третій. Херсон

...

Close