Почему нельзя признавать лидеров боевиков «ДНР»

Виталий Сизов

Граждане Украины устали от войны и устали от темы Донбасса, тем более, что для многих это не просто картинка на экране телевизора, а реальность, с которой они сталкиваются посредством мобилизованных близких и родственников и армии.

Все больше голосов раздается о том, что необходимо договариваться «с теми, кто там есть» и, таким образом, разрешать конфликт.

Российский танкист Доржи Батомункуев

Зачастую те же голоса говорят о том, что российских войск на Донбассе нет, там воюют добровольцы из РФ с опытом боевых действий. Правда, трудно отличить такого добровольца от военнослужащего, который просто взял себе удостоверение незаконных вооруженных формирований, но это детали.

Формально трудно обвинить кого-то во лжи — никто же удостоверений военнослужащих армии РФ показывать не будет, русских флагов и так полно, форма у всех разная, хоть свидетельства об участии в боях кадровой российской армии раз за разом появляются в средствах массовой информации, даже российских.

Пребывание на оккупированной территории сопряжено с большими рисками, которые надо взвешивать перед тем, как делать какие-либо заявления о ситуации в оккупации и более тщательно выбирать дефиниции.

Порядки там далеки от демократии, да и лидеры боевиков никогда не декларировали своей приверженности к демократическим ценностям в традиционном их понимании.

Конечно, они много говорят о народовластии, но по факту его не наблюдается ни в стиле управления, ни в характере действий власти. Любое альтернативное мнение подавлено, а те, которые открыто выражали это мнение, подвергались преследованиям, похищениям, пыткам.

Сейчас ситуация не изменилась. Разница лишь в том, что смельчаков, готовых публично заявлять о несогласии с действиями боевиков, приватизировавших право говорить от имени огромного региона, уже не осталось.

На видео: Руководитель оккупационной администрации Донецка Игорь Мартынов обещает наказать «предателей» (по его версии)

Тем не менее, высказывание «услышать Донбасс», ставшее “мемом” в понимании украинской власти относится именно к вооруженным людям, захватившим власть, жестоко подавляющим любое инакомыслие.

Для украинской власти есть и другой Донбасс — это бывшие управленцы от Партии регионов, которые были вынуждены покинуть регион из-за войны. В первую очередь это представители местного самоуправления, которые за последние 10 лет много сделали для раскачки ситуации на Донбассе, а теперь скрываются от разгула беззакония в Киеве.

Это тоже голос Донбасса, хоть для самих жителей региона эти люди уже не являются легитимными управленцами. Это в одинаковой мере касается и про-украински настроенных жителей области (для таких команда бывшей власти – предатели), и боевиков из числа местных жителей (для них такие чиновники – грабители и кровопийцы, которые наживались на Донбассе и ничего не давали взамен).

Есть и другой голос — более 1 млн. человек, которые выехали на подконтрольные украинской власти территории, бойцы добровольческих батальонов и солдаты ВСУ родом из Донбасса, но этот голос пока не слышат. Точнее, пока у этой группы людей нет организаций и политических структур, представляющих их интересы. Эта группа выглядит самой пострадавшей.

Люди в буквальном смысле лишились всего, оказались один на один со своими проблемами в чужих городах, рассчитывать они могут лишь на временную помощь размером в несколько сот гривен и помощь волонтеров. Международные фонды и организации не оказывают им такую помощь, как жителям оккупированных территорий. Голоса этих людей растворились на площади всей Украины.

Они не вооружены и не организованны, они не захватывали заложников и не сбивали самолеты, они — законопослушные граждане свой страны, уважающие ее суверенитет, язык, традиции и Конституцию, но так уж получилось, что на данном этапе они становятся «неудобными» гражданами.

Пока они есть, как-то тяжело оправдывать договоренности с людьми, которые сделали дончан беженцами, тяжело оправдывать позицию «услышать голос Донбасса», потому что нет такого голоса, есть разные голоса, и сколько людей столько и этих голосов.

Трудно предавать, глядя тому кого предаешь, в глаза. Трудно признать мучителя и отморозка законным представителем его жертв. Согласиться на это – не значит закончить войну — это значит отложить ее развязку на более позднее время, сделав ее более кровавой, либо подчинить жизнь всей страны интересом администрации оккупированного анклава, которые будут задавать повестку дня.

Признать эту диктатуру — это сознательно отказаться от любой евроинтеграции, отказаться от интеграции в любые военные блоки без разрешения России, отказаться от свободы в проведении любых внешних и внутренних решений, которые не будут нравится руководству Кремля.

Речь идет вовсе не о сохранении status quo — внеблоковости, линии размежевания. Отнюдь.

Лидеры боевиков полностью подконтрольные Кремлю в ходе минских переговоров не раз заявляли, что это они дают шанс «измениться Украине».

То есть, они собираются менять Украину под себя, а не самим изменятся. Речь идет об экспансии.

Одну экспансию Украина уже пережила, когда команда экс-президента Виктора Януковича пыталась перенести на всю страну традиции опыта управления Донбассом.

Тогда еще просто авторитарного.

Сейчас на части Донбасса настоящая диктатура. Ей еще не хватает инструментов и ресурсов, чтобы запустить щупальца во все сферы жизни, но когда они появятся так и будет.

За примерами далеко ходить не надо. Вся история «народных республик» – калька с событий гражданской войны в бывшей Российской империи, когда под прикрытием «воли народа» большевики, а, фактически, Россия, силой оружия и обманом, захватили территорию Украины.

На короткий период людям дали НЭП и «коренизацию», а затем голод и коллективизацию. В тот период многие мировые интеллектуалы восхищались большевистским строем и считали, что он может измениться.

Такой общий настрой влиял и на противников режима, которые начали возвращаться в СССР, где в последствии большинство из них были убиты или репрессированы, потому что диктатура, а тем более диктатура, построенная на такой большой крови, не может сама изменить свою суть — это равнозначно тому, что лидеры боевиков сами добровольно сядут на скамью подсудимых.

И, да, диктатура всегда опирается на поддержку части населения, но это еще не повод говорить о ее легитимности.

В демократической стране не могут существовать анклавы диктатуры.

Это значит, что у демократического государства нет суверенитета.

На данном этапе силой оружия Россию не выгнать из оккупированной территории. Это будет стоить многих жертв, но это и не повод договариваться с кем попало на любых условиях.

Есть масса проблем, таких как – унизительный пропускной режим, проблемы с выплатой пенсий на оккупированной территории, их можно и нужно решать в пользу украинских граждан, но это нельзя делать ценой предательства этих же граждан.

Источник

Фото

Контроль якості інформації на сайті Майдан

Всі новини, статті та записки мають відповідати Інформаційній Політиці Майдану. Якщо ви бачите невідповідність - будь ласка повідомте нам на news@maidan.org.ua і вкажіть гіперлінк (URL) матеріалу. Приклад спростування інформації тут