Останні новини

Евгений Фиалко. Нужен ли нам каменный лес?

Говоря о различных чудесах света и редких явлениях, мы свято убеждены, что они бывают везде, но только не у нас, и, к сожалению, иногда топчемся по ним в прямом смысле ногами.

Окаменевшие деревья – настоящее чудо природы. Отдельные их фрагменты встречаются в Луганской области, Крыму, Приуралье, Египте, Монголии, а вот целые каменные леса – только в двух местах земного шара: американском штате Аризона и у нас, около Дружковки.

После войны, когда в карьерах добывали кварцевый песок для доменных печей, рабочие под слоями песчаника обнаружили огромные окаменевшие стволы величиной в 10-15 метров – и это были только части деревьев. Какие они на самом деле, никто не видел – по крайней мере, их ближайшие родственники, южноамериканские араукарии, достигают в высоту 60-75 метров – настоящие заводские трубы!

Об этих находках опубликовал тогда несколько статей очевидец происходившего, известный дружковский краевед Николай Янко.

Что же это такое – окаменевшие деревья? На вид – обыкновенное дерево, сохранившее его структуру и даже некоторые оттенки. Но если возьмёшь в руки, то сразу почувствуешь, что это камень, тяжёлый и холодный.

Получается, каменные леса существуют не только в сказках… Как же они возникли?

Двести пятьдесят миллионов лет назад земной экватор проходил чуть севернее Донецкой области. В наших местах плескалось мелководное море, берега которого укрывали густые безмолвные леса, потому что ни птиц, ни животных тогда ещё не было. Частые дожди и ураганные ветры вырывали из болотистой почвы огромные деревья, и вода сносила их в низины, покрывала песком и илом. Окаменевшие леса – это, собственно, окаменевший бурелом.

В этот период началось образование каменного угля. Из отмирающих деревьев и растений они превращались сначала в торф, а затем – в бурый и каменный уголь. Окаменевшие деревья – уголевы братья. Начав процесс в одной фантастической многосоткилометровой куче, они затем оказались в разных условиях: закрытые песком и илом от доступа воздуха и поэтому избежав обугливания, они постепенно превратились в «растительные мумии». Мумизатором стала обычная вода, проникавшая к ним и вымывавшая из клеток органические вещества. С собой же она несла мельчайшие частицы кремнезёма и «инкрустировала» вымытое пространство клеток.

Так, на протяжении миллионов и миллионов лет, органические вещества постепенно заменялись неорганическими, пока не произошло полное окаменение деревьев. Интересно, что на отдельных их кусках видны почерневшие, обуглившиеся края – видимо, некоторые части, особенно кора, успели обуглиться.

В энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона понятие «Дружковский ярус» вообще стоит отдельной статьёй как особый, уникальный способ залегания земных пластов.

Учёные давно, с шестнадцатого века, знали об окаменевших деревьях. Но только в двадцатом веке они смогли изучить их досконально: положили под микроскоп тончайшие отшлифованные пластины и убедились в их органической структуре – один к одному дерево, вечнозелёная чилийская араукария, только все клетки заполнены кремнием. Итак, это всё-таки деревья, и не каменные, а окаменевшие.

В детстве мы находили их куски на каждом шагу в Вильямской балке, притаскивали домой, как диковинку, и через несколько дней выбрасывали. Сейчас их значительно меньше. Хотя по-прежнему хватает всем желающим, особенно после весенних паводков. Несколько камней лежит у меня дома, но теперь отношение к ним другое – покажите мне ещё вещь, которой было бы 250 миллионов лет!

В 1975 году Указом Президиума Верховного Совета УССР территория площадью в 0,8 гектара, где находились окаменевшие деревья, была объявлена памятником природы республиканского значения под названием «Дружковские окаменевшие деревья». В том же году сюда специально приезжали участники Московского международного конгресса по стратиграфии и геологии каменноугольного периода(карбона).

Обломки окаменевших деревьев стали экспонатами многих музеев, в том числе Областного краеведческого. Однако значительно больше их растащили запасливые хозяева ближайших сёл и посёлков в качестве строительного материала. Используются окаменелости и для оформления уголков природы на предприятиях, в кафе, усадьбах. Кстати, они хорошо шлифуются и годятся для сувенирной продукции. Говорят, что кусочки окаменевшего дерева охотно покупают за валюту иностранцы. В Интернете сейчас запросто найдешь предложения по реализации окаменевших деревьев на тонны… Одним словом, интерес, как и следовало ожидать, оказался нездоровым, и впервые за 250 миллионов лет они стали предметом хищения.

Чтобы ввести процесс в цивилизованное русло и зарабатывать на нём деньги, нам всегда чего-то не хватает. Пример с окаменевшими деревьями самый что ни на есть типичный.

Объявив о создании заповедника, государство за все эти годы не вложило в него ни копейки. Финансовые вопросы были решены по тогдашнему методу «дешево и сердито»: заповедник поставили на баланс совхоза «Заветы Ильича», в земле которого, к его несчастью, эти деревья оказались. С тех пор вверху только и делали, что проверяли совхоз да выписывали штрафы.

Наконец, рабочие совхоза поставили табличку на въезде в заповедник и обнесли его изгородью, которую тут же растащили – ещё до начала металлической лихорадки.

А потом пришли другие времена, и чудо природы стало никому не нужным, так как чудес хватало и без этого, и были они похлеще окаменевших деревьев.

Лет пять-шесть назад решил было заняться охраной заповедника Юрий Артёмов со своим клубом «Святогор». Они даже заключили договор с совхозом – к великой радости последнего. Юра хотел создать на территории заповедника некий парк юрского периода, с динозаврами, пещерами и наскальными рисунками – какое это имело отношение к окаменевшим деревьям – вопрос другой. Но по силам ли содержать государственный заповедник общественной организации? За всё время ребята только и смогли, что установить памятный камень у въезда на территорию заповедника.
Так что, за тридцать лет государство и пальцем не пошевелило, чтобы хоть как-то использовать это уникальное место себе во благо и людям на радость.

Но мысль о том, что нам досталось настоящее чудо природы, постепенно проникла в сознание людей, прежде всего дружковчан. Говоря о достопримечательностях своего города, они обязательно упомянут окаменевшие деревья и добавят: «Только у нас и в Америке!» Время от времени к последнему пятнадцатиметровому стволу окаменевшей араукарии, лежащему на склоне балки у северо-восточной окраины Алексеево-Дружковки, приводят различные экскурсии.
Вроде бы есть заповедник, но только на бумаге – на самом деле ничего давно нет. И причины этого, как принято говорить, социальные.

Если посмотреть на карту Дружковки и её окрестностей, то видно, что «каменный лес» находится на клинышке Константиновского района, втесавшегося чуть ли не посередине Дружковки, с восточной её границы. Так получилось, что в начале 60-х годов землю поделили на городскую и сельскую, и традиционные сельскохозяйственные районы, связанные с Дружковкой в единый организм, отрезали и отдали Константиновскому району. Все говорят о нелепости ситуации, когда не только между отдельными частями города лежит константиновская земля, но практически ничего не изменилось до сих пор.

Так этот гектар неугодий, совершенно не нужный «Заветам Ильича», как и всему Константиновскому району( иначе какие-то действия с его стороны были бы заметны), оказался лишним и для Дружковки, так как вкладывать деньги на чужой земле неинтересно, да никто и не позволит. Не абсурд ли это – заповедник под названием «Дружковские окаменевшие деревья» находится не на земле Дружковки?!

Ситуация самая что ни на есть нелепая. Даже в официальном буклете к 220-летию Дружковки пишется, что заповедник находится «на околиці міста» – видимо, составителям ничего другого в голову и прийти не могло.

Места эти, действительно, удивительные и как бы сами просятся, чтобы мы сохранили их для будущих поколений. Кусочек чудом оставшейся донецкой степи, где следы деятельности человека встречаются лишь в попадающемся кое-где бытовом мусоре да одном-двух кострищам.

Продвигаясь к каньону, вы встретите старинный курган – сколько ему тысяч лет?

Чуть ниже лежат два окаменевших полутораметровых ствола – одни из последних крупных фрагментов, лежащих на поверхности. Степь вокруг укрыта ковром из диких трав и цветов. Это одна из самых высоких точек над городом. И вид отсюда открывается великолепный.

А дальше вы спускаетесь к каньону. Поросший деревьями и кустарником, он широкой извилистой полосой тянется по отрогу Дружковской горы к сверкающему внизу зеркальцу ставка. Своей таинственностью и размахом каньон невольно рисует в воображении картины той жизни, которая была здесь двести пятьдесят миллионов лет назад.

Здесь, на вершине, хорошо мечтается…

Я вижу, как те, от кого всё зависит, порешали, наконец, бюрократические и финансовые вопросы, привели сюда людей и технику, а они оборудовали стоянки и смотровые площадки, поставили киоски с сувенирной продукцией и яркими буклетами. Я вижу, как сюда подъезжают одна за одной экскурсии, а бойкие экскурсоводы ведут их своими маршрутами, и воздух вокруг наполнен разноголосьем живых наречий.

Я вижу, как, получив свою дозу адреналина, экскурсанты попадают, наконец, в настоящий каменный лес, уголок которого отрыт и восстановлен при помощи лучших учёных и дизайнеров. Я вижу, как меняются лица людей, входящих в этот удивительный, ни на что не похожий мир, как начинают они постепенно смотреть на всё другими глазами…

И хотя я понимаю, что мы живём не в Америке и не в Японии, но здесь, на вершине, помечтать не грех…

More in Суспільство
Анастасия Рожкова. Луганск.

Мой город насквозь пропитан творчеством. Мой город поет, танцует, рисует, создает новые удивительные миры. Мой город расцветает тюльпанами и черемухой,...

Close