Останні новини

Ольга Кортунова: Как я стала российским оппоцизионером

Раз уж пошла такая тема, что вспомнились события давних 2008 – 2009 годов, то появилось желание срефлексировать самой каким образом становятся оппозиционерами в России, на личном примере. Хотя, наверное, я не могу назвать себя яркой звездой оппозиции, да и вообще считаю, что сделала очень мало для того, чтобы в стране не возникла ситуация, которая возникла сейчас и в том числе, чтобы не лилась кровь в Украине из-за амбиций Путина. Но, как бы там ни было, на сегодня я определенно оппозиционерка, противник нынешней власти в РФ, принимавшая участие в протестных акциях и митингах и уехавшая из своей страны в Одессу по абсолютно политическим мотивам – это факт. Значит мне есть о чем рассказать.

Часть первая – Вата в голове!

Сказать, что до 2008 года я никогда не интересовалась политикой было бы неправдой. Устойчивую точку зрения на события в стране я имела всегда. И, как впоследствии оказалось, эта точка зрения местами совсем не совпадала с официально принятой в среде российской либеральной оппозиции. Например, для меня события 1993 года однозначно самая большая трагедия для страны, которая привела ее в то место, в котором она сейчас находится. А для наших либералов – это несомненная победа. И соответственно для меня логично было в последующем не любить Ельцина и так же логично было опасаться его ставленника Путина. Я вот не могу до сих пор понять в каком месте щелкнуло у части россиян, включая моего собственного младшего и вполне умного двоюродного брата, что они, при всей ненависти к Ельцину, внезапно возлюбили Путина с первого взгляда. Мой брат, перечитавший в юном возрасте всего Солженицина и Шаламова, а так же еще кучу книг, внезапно начинает гнать пургу в 1999, что мол Путин (КГБ-шник Путин, Карл!!!) и есть спаситель России. Я лично была в шоке. И мне кажется вот тут и есть отправная точка всех гадких странностей, что случились с моей страной. В общем Путина я неполюбила с первого взгляда, взрывы домов в Москве меня только убедили в ненависти и поскольку Путин все же победил, я тихо села ждать когда он рассосется по законам РФ и согласно Конституции. Такая вот была наивная. Думала, что я его пересижу, как некоторая часть населения Украины пересиживает сейчас Майдан и ждет когда все само рассосется.

Я не буду останавливаться на том, как я попала под воздействие путинской пропаганды относительно событий в Украине в 2004 году. Обыватель, который ничего не видит кроме новостей по телевизору мельком, легко поддается влиянию. Но все это не имеет в контексте того, о чем я рассказываю, никакого значения. Скажу одно – доходило до смешного – я даже звонила на Радио Свобода (а я всегда слушала при возможности и Эхо и Свободу тогда, но очень мало, т.к. некогда было) и ругала украинский Майдан 2004 за русофобию. И даже написала письмо искреннее Глебу Павловскому, что мол надо с этим что-то делать. Не помню отправила или нет. Но Путина я так и не полюбила, вне зависимости от украинского Майдана. И более того, я считала, что именно на волне этого украинского Майдана и Ющенко, Путин вообще получил шанс на свой второй срок в 2004. Именно это меня злило в киевском Майдане больше чем всякая русофобия, если честно. Но делать нечего, я села пересиживать второй срок Путина. Жить то надо как-то. Не вешаться же теперь, ей Богу?! Уйдет по Конституции – никуда не денется, по закону положено не более 8 лет… Тогда я еще верила в то, что в стране остались выборы и прочие демократические инструменты.

Так прошло еще 4 года.

Итак, к 2008 году я подошла со следующим грузом политических взглядов (высидела их на своей попе за 8 лет):

1) Путин – это горе для страны, он должен уйти, иначе будет большая кровь и война, хуже чем взрывы домов и Чечня. Все это я чувствовала интуитивно с 1999 года. Ну и логически видела, все-таки я профессиональный психолог и мне приходилось наблюдать за этим хреновым Путиным все время, вне зависимости от моего желания, ибо к тому моменту он заполонил собой весь российский телевизор.

2) Социальное напряжение в стране явно росло и выливалось в бытовое насилие в каких-то вообще извращенных формах, в том числе в возрастании педофильных преступлений и преступлений над женщинами и стариками, а это явный признак бессознательного мужского социального бессилия. Вообще люди к 2008 году стали странными и какими-то настолько глубоко безразличными, что стало понятно, что психология сейчас бессильна, помочь может только политика и изменения в стране.

3) Ходорковский – несомненно политический заключенный, несмотря на то, что я все же считала его замазанным в избрании Ельцина в 1996 году, но даже это не должно наказываться десятилетиями тюрьмы, в моем понимании справедливости. Тем более, что я общалась с бывшими Юкосовцами после того, как МБХ посадили, в том числе и во время подбора персонала и они мне очень много про него хорошего рассказывали, сильно его уважали. Ну и вообще, я же лично была знакома с Михаилом Борисовичем и Инной году эдак в 1986 – 1988, с Инной дружила даже. И хотя дороги наши впоследствии разошлись, когда мне стало понятно, что творит Путин с Ходорковским, мне показалось, что Инне пригодилась бы моя поддержка. Я попыталась ей написать в ЖЖ или еще куда-то. Но так и не смогла выйти на нее. НО разве это остановить такой танк как я, если мне чего-то втемяшилось в голову, а главный девиз моей жизни: «Нет ничего невозможного для человека с интеллектом!»?! Даже если я не смогла связаться и поддержать Инну лично, то ……….. значит надо свергнуть Путина и Ходорковского освободят. Логично? Логично! Тем более вообще стало очевидно, что этот гад никуда уходить в 2008 не собирается, а подсовывает вместо себя какого-то марионетку странного, а значит и пересидеть мне его уже не удается. Вот именно с таким настроением я встретила наступающий 2008 год и села думать думу, как уже свергать Путина.

Часть вторая – Поиски оппозиции на фоне войны с Грузией, все еще вата в голове

Можно было бы назвать главу – «Начало славных дел», но только дел-то я пока никаких не начинала, скажем прямо. Просто пустилась собирать информацию в интернете и СМИ и ее анализировать, т.к. это именно то, чего я всегда хорошо умела делать. Знакомых оппозиционеров у меня не было. А определенно ясно, что даже такая сверхумная дама как я, одна Путина из Голицыно точно не свергнет политическим путем (ну или как минимум не добьется что бы Ходорковского отпустили, для начала). И я начала усиленно вникать в то, как этого всего пытается добиться наша славная оппозиция. Ведь она же есть, я точно о ней слышала где-то как-то краем уха.

Славная оппозиция как-то не сильно себя проявляла на поле политической борьбы, по крайней мере так писали СМИ, которые я читала. На официальном политическом поле были только Жириновский и Зюганов. Оба этих персонажа явно мне не подходили для моей цели – выиграть выборы у Путина или его ставленника Медведева они и не могли и даже не собирались – все начало напоминать натуральный цирк и клоунаду. Это дико раздражало.

И хочу сказать, что на самом деле на меня, как на обывателя, который нефига не смыслит в российской политике, ну абсолютно не влияли никакие политические статьи на оппозиционных политических сайтах – я их просто не читала и мне бы не пришло в голову их там искать. Так что все, что мы делаем, ребята – это увы наш с вами междусобойчик, возможно и добавляющий нам самим энергии для последующей борьбы. Но точно никак не влияющий на тех, кто не в теме. Даже если они очень хотят стать в теме. Просто посмотрите на то, что мы пишем их взглядом – моим тогдашнем взглядом. Да я бы 90% написанного не поняла. Что это за вечные разборки с упоминанием каких-то странных фамилий и отсылкам к каким-то явно только известным узкому кругу событиям и текстам? Скажу больше, на меня тогда просто нельзя было выливать все, что я знаю сейчас. Я бы не поверила, не восприняла, заглушку бы поставила бессознательно. Как пациенту во время психотерапии нельзя на голову вываливать его диагноз, а действовать надо аккуратно и медленно, поступательно, по шагам, что бы он сам до этого всего дошел.

Вот обсуждения на форумах женских, телевизионных или местных с такими же как я сама, не сильно понимающими в политике – это да, на меня явно влияло. Особенно обсуждение клоунских выборов Медведева. Мы вместе доходили до каких – то логических выводов. Я даже прозревать и подозревать начала, что с выборами совсем не все чисто и надеяться на абсолютно политическое законное переизбрание Путина – Медведева наверное точно не стоит.

Немного отвлекаясь, я объясню к чему я вот это все рассказываю – из-за того, что наша распрекрасная реальная оппозиция Путину демонстративно ушла с официального политического поля, поджав презрительно губы, такие люди как я в своих голицыно, синицыно, куницыно и пр. остались в полном информационном вакууме и одиночестве, а вокруг бушевало море пропаганды и нам казалось, что мы одни чем-то недовольны, а весь народ в едином порыве любит Путина и даже Медведева местами, хочет убивать грузин и пр. Это вы не Путина тогда киданули, это вы, дорогие мои, меня и таких как я именно киданули, столкнувшись с трудностями и препонами, которые начал строить Путин, захватывая власть, и лишив таких как я минимальной возможности сассоциировать себя с кем-то из нормальных политических лидеров и узнавать правду хотя бы из политических дебатов. Это вы оставили меня и таких как я один на один с Зюгановым и Жириновским. И не надо удивляться, что в итоге в стране именно зюгановско-жириновское большинство образовалось, которое технично перехватил сейчас Путен. Какие Марши Несогласных в Москве? Кто о них знал и слышал? Кто понимал из обывателей что это и чего хотят или не хотят все эти странные люди на улице, которых к тому же как только не поливают по телевизору ранее уважаемые персонажи, а они ничем не отвечают? Не все живут рядом с Москвой, чтобы пуститься на поиски мест, где вы прячетесь. Жириновский и Зюганов порождали хоть какие-то оппозиционные Путину идеи, о которых мы слышали и могли к ним присоединиться, а вы только маршировали и писали на своих сайтах и в ЖЖ. И это было уже в 2008 году. Нечего удивляться потому этим 86% и снова кривить губы, словно вы тут совсем не причём, а это снова обыватель тупой виноват. Признайте наконец и свою ошибку – нельзя было уходить с легального политического поля, нужно было до конца бороться и вгрызаться зубами, ради таких как я, а не дарить нас ЛДПР и КПРФ. А что вышло из этого и как коммунисты легко перехватывали протест по всей стране и его утилизировали, а настоящая либерально – демократическая оппозиции без реальной политики погрязла в грязном междусобойчике, я расскажу вам ниже.

Вернемся, однако, к повествованию. Весной 2008 по телевизору и в сети началось какое-то странное нагнетание имперской и милитаристской истерии. Очень нездоровое. Я прямо кожей почувствовала, что что-то грянет, хотя внешне это выглядело как радость от наших спортивных побед. Наступило лето 2008. И в августе предсказуемо грянула Грузия.

Сейчас, глядя на все происходящее тогда с учетом истории с Украиной, я понимаю, что они готовились к той маленькой победоносной войне с Грузией и готовили к ней население приемами нагнетания имперской истерии прямо с весны 2008 – это точно. Никакой случайности не было. Должен был грянуть кризис к осени, они об этом знали заранее и им нужна была такая «маленькая победоносная», которая позволит населению в едином порыве сплотиться против внешнего врага, а заодно и списать все в своих мозгах на то, что мол – война же была, мы помогли братьям осетинам и абхазам, ладно уж, затянем пояса.
Но я –то психолог, я – то машинально и неосознанно не могла просто не фиксировать известные методики манипулирования сознанием в телевизоре и в сети. У меня натурально от этой агрессии нагнетаемой крыша стала ехать и появился страх, что они задумали нас тут всех в РФ переглушить и передушить непонятно зачем, стравив между собой. А учитывая взрывы домов, я эту кровожадность Путина – Медведева вполне допускала. Потому, когда грянула Грузия, меня даже отпустило немного, облегчение пришло, что вся агрессия безумных имперцев ушла туда, потому, что иначе было впечатление, что они точно возьмутся за топоры и выбегут толпами на наши улицы с погромами и ненаправленной агрессией – так их накачали и так это выглядело.

Война с Грузией. Мозг отказывался воспринимать реальность происходящего, при том, что Саакашвили благодаря российским версиям новостей, казался отвратительной фигурой. Ну и что? Там же абсолютно наши люди, это же война руки с ногой. Но попробуй было заикнуться о сомнениях хотя бы где-то на улице или в общении с друзьями даже. Да ты что?! Умом тронулась? Надо же спасать срочно осетин и абхазов от этих страшных грузин, которые вон памятники ВОВ сокрушают (блин, ну все как с Украиной, у них ведь один сценарий на все, только сейчас начинаю осознавать). Оставалось только удивляться, как удалось грузинам за столько короткое время превратиться из братского народа в настоящих монстров, желающих убить славных осетин, абхазов и конечно нас – русских.
Как включается этот странный механизм доверия к новостям о гнусных кровожадных соседях, которые хотят всех убить, от власти, которой ты не доверяешь ни на грош, я до сих пор объяснить не могу. Нечто глубинное наверное. Ну не могут же они вот так вот все откровенно врать? Ну пусть врут, но не все же? Факты же есть? Абхазия же наш, Южная Осетия же наш? Они сами этого хотят. А тут кровь, танки, бомбы… В общем поверили все, включая, как выясняется, и нашу оппозицию. Тем более в этот момент, как я выше объясняла, реально поотпустило нагнетание ненависти внутри страны. Пусть мол эти накаченные ненавистью погромщики лучше грузин ненавидят, чем по нашим городам бегают, раз уж им непременно громить нужно. Тогда еще прямо перед войной в Москве футбольный погром случился страшный. Да всем и не до внутренних проблем стало перед внешней угрозой. Начали жить новостями с войны единым народом всей страной.
Так, в постоянном слушанье новостей с грузинского фронта, прошел август и сентябрь моего 2008 года. И только в конце сентября я начала смутно подозревать, что что-то с этой войной не так. И, если честно, то спусковым крючком стало для меня отвратительное поведение Канделаки на фоне порядочного поведения Кикабидзе. Ну т.е. понятно, я – то русская россиянка и не могу идти в разрез с военной доктриной своей страны (тогда еще я так думала). А тут Канделаки – грузинка, как пошла поливать свою страну. И главное, что ее за язык никто не тянул. Кикабидзе вон от ордена отказался, т.к. не смог его принять у страны, с которой его страна воюет. И ничего ему за это не было, никто его в России не разлюбил. А эта Канделаки лает и лает, лает и лает с утра до ночи… ну достала гавканьем реально. Странное поведение. При том, что мои знакомые грузины в Москве четко разделали интересы своей страны и ее будущее и уважали их и я их тоже понимала – это их страна и их интересы и все же, несмотря ни на что, мы же к ним вторглись, хотя и защищая бедных осетин и абхазов… А тут гнойником вскрылась еще ложь российской пропаганды. И все. Мое мнение по поводу войны с Грузией резко сменилось на полностью противоположное к концу сентября 2008. Раз они врали про это, раз я знаю (вспомнила наконец), что они реально гады и в этом нет сомнений, то это точно была их провокация намеренная на которую повелся Саакашвили. В общем все в концепции того, что надо срочно менять эту власть как-то. К тому же и про спасение Ходорковского мне пора вспомнить уже, раз уж я эту цель для себя поставила. И к октябрю – ноябрю я начала активно искать выходы на несистемную уличную российскую либеральную оппозицию, о которой рассказывало Эхо Москвы и я наконец услышала эти рассказы и начала их воспринимать всерьез.

Но хочу добавить, что у меня и очень многих моих знакомых, как выяснилось впоследствии, именно после истории с Грузией и возник иммунитет полный к путинской пропаганде – т.е. даже полуслову верить перестали. И очень много народа я знаю, кто именно в это самое время и ушел в протест и оппозицию. Хотя слово «ушел» надо тоже делить надвое – было бы куда идти, на самом деле.

Часть третья – «Узок круг их, страшно далеки они…»

Итак, к середине осени 2008 года я уже точно выяснила где прячется та самая реальная оппозиция Путину, которая мне нужна и к которой мне надо срочно присоединиться, чтобы добиться поставленных целей. Помимо «Живого журнала» и «Эха Москвы» эта оппозиция выходила каждое 31 число на пл. Маяковского протестовать, что не выполняется 31 статья Конституции РФ о свободе собраний и на какие-то пикеты. Оставалось только пойти и с ней воссоединиться.

В ЖЖ я подружилась с оппозиционно настроенной девочкой молоденькой с нашего психфака, которая с восторгом мне рассказывала как это круто – уличные акции и как они ее ….мммм… воодушевляют. Когда я ее спросила, как мне пойти на «Стратегию 31», она сразу заявила: «Готовься, тебя будут «винтить»! Прочитай вот тут и там как себя вести, когда свинтят и уволокут в кутузку». В отличии от молодой студентки, эта информация как-то не вызывала у меня энтузиазма. Ну т.е. я собиралась свергать Путена политическим путем, а мне предлагалось стать сразу героем и жертвой проклятого режима, почти как Ходорковский, но только в более узком и коротком формате. Причем с абсолютно непонятной мне целью, я должна была сразу пожертвовать собой, не успев сменить Путина или даже придумать стратегически – тактический план, как это сделать. В конце концов, думала я, у меня за плечами психфак МГУ, высокий уровень IQ, море энтузиазма и сил, хороший слог и политическая мотивация, и даже 2-хмесячный опыт работы в политическом PR- агентстве (ужасно скучный и бесполезный, но все же опыт) – да я просто подарок для любой оппозиции, а мне сразу надо, вместо того, чтобы помогать свергать Путена интеллектуальным путем где-то в приличном офисе, идти и нарываться на то, чтобы меня посадили. Какого тогда скажите хрена я все эти книги про политехнологии и политпиар читала, готовилась, училась?! Но делать-то нечего, другой оппозиции у России для меня не было. Может это все потому, что они меня не знают еще? А как только узнают, я сумею им понравиться, и они меня примут к себе в офис, а не только на уличные акции? Я тогда вообще не подозревала, что настоящее знакомство настоящих оппозиционеров и происходит именно в автозаках. Что не побывав в автозаке ты так навсегда и останешься чужой для большей части несистемной оппозиции. Это как посвящение в узкий круг революционеров или типа того. Мне такого никто в лоб не объяснил.

Превозмогая страх, передав своей неполитизированной подруге все телефоны правозащитников и наказав ей ни в коем случае не говорить моей маме, если меня упекут в кутузку, а спасать меня самой по этим телефонам, я все же приехала из своего Голицыно на Маяковку. Но застала там только пару странных бабушек в стареньких спортивных костюмах с плакатами «Свободу Ходорковскому». Бабушки бросались на милицию, а их фотографировала куча фотографов. Я опоздала к заявленному началу акции всего на 10 минут, а никого уже не было и в помине, кроме этих бабушек и огромного количества явных ментов в штатском, нуууу очень сильно не похожих на фото оппозиционеров, которых я видела в ЖЖ, зато похожих….. на ментов в штатском. «А где же все?» – спросила я у одного из фотографов «Остальных всех уже свинтили» – возбужденно ответил мне он и побежал дальше снимать. Ну а я, вместо того что бы тоже броситься на ментов, заорать «Свободу Ходору!» и сразу проснуться героем для всего ЖЖ, оппСМИ и телезрителей новостей всего мира, стать настоящим российским оппозиционером на утро после кутузки, начала от них шарахаться по незнанию правил игры и в силу обывательской боязливости. Так же я поняла, что с бабушками мне тоже знакомиться без мазы – им явно не до меня. А то, что надо было знакомиться именно с теми, кто фотографирует и снимает, а вовсе не с бабушками, я тогда даже не догадывалась. Потому я пошла по Тверской, обходя боязливо толпы милиционеров, в Макдональдс на Пушке встречаться с подругой. В Макдональдсе валом на полу почему-то сидели и даже полулежали тоже менты и они же гуляли по залу. Вообще центр был полон милиционерами в полной экипировке и автобусами с ОМОНом. Неужели это все из-за пары бабушек с плакатами? Проклятый репрессивный режим показал себя во всей красе – если они из-за пары бабушек сотни милиционеров, если не тысячи, на улицу выводят, то страшно подумать, что они сделают, если будет реальный политический оппозиционный митинг. Хотя где прячутся все эти сотни тысяч народу, которые должны выйти в Москве, по логике, на реальный оппозиционный политический митинг, что бы власть их (нас) услышала, мне тоже пока было непонятно. Но и эффективность бодания бабушек с милицией, в контексте моих великих политических планов, вызывала большое сомнение. Было над чем задуматься.

Потом выяснилось, что бывают санкционированные и несанкционированные политические акции. Вот «Стратегия 31» – как раз и есть такая несанкционированная. Потому все так, и на этой акции до попадания в автозак явно ни с кем не познакомишься. Надо искать санкционированную акцию и уже там присоединяться к оппозиции, поняла я.

Второй мой выезд из Голицыно был уже на какой-то санкционированный правозащитный политический пикет вечером на Чистых прудах. Наверное, в защиту Ходорковского, точно не помню, но с чего бы мне на другой ехать было?! Если вы не знаете, что такое в то время в Москве были политические пикеты (а я конечно этого не знала), то сейчас расскажу: Под памятником Грибоедову (на московском сленге «под Грибком») при свете тусклого фонаря стояло человек пять дам в шубах с плакатами. Их окружало кордона три, наверное, милиции. Что на плакатах – было не прочитать. Уже похолодало, шел снег, значит видимо был или ноябрь или самый конец октября 2008. Мимо спешили люди с работы. Я долго смотрела издали, стесняясь подойти. Да и вообще же страшно – я же помню, что злая милиция всех винтит – меня же предупреждали об этом. Потом все же подобралась поближе. Недалеко от пикета стоял молодой человек. Он явно был там свой. «Что это?» – спросила я, завязывая разговор (ну надо же мне было как-то начинать дружить?! Что я зря из Голицыно перлась что ли?!) «Это у нас политический пикет» – рассказал молодой человек, «Мы протестуем против того-то и того-то». «Понятно», сказала я, «А как вас зовут?» «Меня зовут Костя Янкаускас» – сказал молодой человек. «А меня Ольга. Эфа2007 в ЖЖ. А что за политическую силу вы представляете?» «Мы правозащитники». Разговор явно не клеился, дружить что-то не получалось. Из – за милицейского кордона вышла какая-то ухоженная дама в шубе, прикурила, подошла к нам. «Костя, ну это вообще!», сказала она, театрально закатив вверх глаза. «Ну это вообще, Костя, ты понимаешь?». «Понимаю», ответил Костя. Дама докурила и нырнула обратно в пикет. Вот это точно настоящая демократка – почувствовала я, именно такими я их и представляла. Вон какая солидная – это тебе не бабушки в трениках. Ура! Я явно нашла кого искала! Но как теперь к ним подъехать и вступить в их ряды с целью начать политическую борьбу? Мимо равнодушно спешили люди, ускоряя шаг, чтобы миновать быстрее ментов, окруживших непонятных людей. Никто просто совсем не интересовался, ни пикетом, ни даже тем, что происходит странное такое, собравшее море милиции в полной экипировке – видимо местные прохожие к этому уже привыкли. Я стояла и не уходила. «Ну ладно, я пошел» сказал Костя и нырнул через кордоны в пикет. Я постояла еще. Осознала, что выгляжу наверно совсем глупо с точки зрения пикетчиков – они тут по важному делу, а я зачем-то стою и на них смотрю. Не для того они тут, что бы я смотрела…. А для чего? Тогда меня этот вопрос не озадачил, а сейчас оставим ответ на него на уровне ваших и моих догадок. Ну и поехала я домой в свое Голицыно. Вторая моя попытка подружиться с московской оппозицией снова провалилась и выглядела не лучше первой. Надо было срочно менять тактику. Видимо я что-то делала не так.

Часть четвертая – Внесистемная система

«Что это?» – закономерно спросите меня вы, прочитав предыдущую главу, «Что творилось с оппозицией?». И я вам отвечу. Тогда не могла бы, а теперь конечно знаю отгадку. Все, что с нашей оппозицией творилось с того момента как она заявила следующий тезис: «Система Путина порочна и потому участвовать во всяких ее действиях, в том числе в выборах – шмыборах, мы не будем, т.к. наше участите в них на руку этой системе и значит работа на Кремль. Мы принципиально уходим в другие формы оппозиционной деятельности, становимся внесистемной оппозицией», называется одним словом – СИСТЕМА. Да-да-да. Уйдя из путинской системы, как они думали, наши внесистемные оппозиционеры просто создали свою, внутри нее. Не специально. Никакого злого умысла не было, просто то, что они называли «внесистемностью» требовало гораздо более строгих правил игры и ограничений для участников. И нового принципа подбора в свои ряды, т.к. основной формой легальной борьбы с путинской системой без контактов официальных с ней, являлся уличный протест. А для него нужны определенные совершенно личностные качества и характеристики, и у лидеров, и у группы поддержки. И они, скажу прямо, как профессиональный ичар, далеко не во всем совпадают с личностными качествами политиков, участвующих в выборах, и их командами. Система внесистемной оппозиции в итоге окуклилась и прекрасно ужилась с путинской, внутри нее, сама того, не осознавая до конца. Думаю, что и до сих пор не осознали это те, кто вспоминают славное время Маршей Несогласных, Стратегии 31 и считают, что вот да, тогда все было по-настоящему, они боролись с режимом, но потом пришел Навальный и все-все-все слил… На деле же, пока путинская система в отсутствии их политической хоть какой-то конкуренции замечательно имитировала инструменты демократии, система внесистемной оппозиции замечательно научилась имитировать политическую борьбу и уживаться с путинской.

Всех все устраивало на самом деле – эпатажные акции попадали на страницы оппозиционных электронных СМИ, которых после кризиса 2008 заметно поубавилось. Попадали в западные новости, что бы было понятно, что борьба идет и даже кипит. Круг своих усердно общался в Живом Журнале, боролся в нем с охранителями путинской системы и писал тонны статей для своих замечательных сайтов, которых кроме них практически никто не читал. Даже ездили постоянно в Америку и Европу для учебы и читать лекции о борьбе с путинским режимом. Куда-то шли отчеты о проделанной работе и истраченных средствах. Ко всему еще, т.к. реальной политической борьбы не было, а политики люди активные – происходило постоянно выяснение отношений между собой и бесконечное просто, как я это про себя называла, «распределение портфелей в будущем кабинете министров, когда мы придем к власти, но поделить портфели надо прямо сейчас». Создавались какие-то оргкомитеты, структуры политические вне политики, они все время, то объединялись между собой, то разъединялись, страшно ругались, поливали друг – друга грязью и даже дрались…. И да, я пишу именно о том, как застала эту систему и даже немного приняла в ней участие в конце 2008 и самом начале 2009 годов. И мне не стыдно вам всем это рассказывать, потому, что даже сейчас уже все по-другому, но есть множество людей, которые замечательно жили и удобно устроились в той самой системе несистемной оппозиции. Они ее романтизируют и хотят возвращения – снова требуют прекратить заигрывать с путинской системой и не участвовать в выборах, снова голосят о сливе и агентах Кремля. Надеюсь, слава Богу, в одну реку не войти дважды, но чем черт не шутит. Потому я и хочу, что бы хотя бы самые разумные из тех, кто все это говорит и пишет, посмотрели на все происходящее тогда моими глазами – глазами обычного обывателя, который пришел к ним с открытым сердцем, честной мотивацией и искренним желанием изменить политическую систему в стране и вляпался по полной программе во всю вот эту вот их камарилью, возвращения которой им так хочется.

Но мы отвлеклись от моего повествования. Как понятно из вышеизложенного, любой нормальный человек, даже принципиальный противник Путина, ткнувшись в систему несистемной оппозиции и обнаружив, что не готов играть по ее правилам – т.е. идти на столкновения открытые с милицией и восторгаться теми, кто это делает, а больше не делает ничего, был реально обречен в нее не попасть. Это исключительно секта для своих, со своими правилами и своими идолами. И своими финансовыми потоками, хотя и очень – очень небольшими. И он оставался перед единственным выбором – или все же принимать правила этой безумной игры внесистемной оппозиции или же возвещаться обратно в нормальную жизнь – т.е. путинскую систему, хотя и без ясного будущего, заставляющую закрывать на многое глаза, но дружелюбно позволявшую своим верным адептам жить обычной жизнью и развиваться, пока она их не выберет для того, что бы сожрать. Стада адептов большие и вероятность того, что именно ты пойдешь на прокорм каждый считает для себя довольно низкой. Даже при Сталине так считали многие. Ну так к чему повышать вероятность того, что тебя точно сожрет и переварит эта проклятая путинская система, вписываясь в непонятную тебе чужую игру с неизвестными целями? Тем более, там собрались не политики, в выборах не участвуют и единственное, что могут пообещать в плане решения твоих проблем с нынешней властью, что когда они победят Путина, возможно и ими займутся. А ты иди и бросайся пока на ментов. Уверена просто, что таких ходоков как я на Стратегию 31 или на санкционированный пикет было достаточно, из тех, кто дальше не продолжил. И это нормально и понятно.

Конечно были и те, кто все же решил влиться в систему несистемной, придя в нее одновременно со мной. Понятно, что девочки и мальчики, которым нравится адреналин, легко в ней уживались. Я, в свои 18 лет примерно тем же занималась без всякой политики, выезжая с приятелями на мотоциклах дразнить ментов на пост ГАИ на Минке и потом радостно улепетывая от их машин, лавируя между домами и тропинками на огромной скорости и получая неимоверный заряд энергии…. Но если бы нас вместе с мотоциклами в итоге приняли бы менты, то считались бы мы борцами с системой? И я вовсе не хочу никого обидеть, верю и знаю, что помыслы ваши были светлы, а цели высоки, в отличии от нашего мелкого хулиганства. Но давайте уже говорить прямо – смещение мотива на цель, с получением адреналина, у нас всех есть во время уличных акций. Это элементарная психология и нормальное явление.

Или другие варианты адаптации и мотивации: вот, например, такой известный всем ныне Саша Сотник. Я хорошо помню его ЖЖ «асотник» с желудем на аватаре. Помню, что его походы на Стратегию 31 были поначалу не более успешными чем мои и он тоже не мог понять, что происходит. Но потом въехал, узнал отгадку, принял правила игры, нашел свою нишу в этой системе и прекрасно в ней существует до сих пор, наверняка в душе скучая по тем временам. И конечно он не один, просто его я почему-то помню. Сейчас эта тусовка оккупировала собой украинскую тему, все они считаются настоящими российскими безупречными оппозиционерами, хорошо получают политические убежища на Западе и в общем-то делают важные полезные дела, распространяя информацию о том, насколько отвратителен режим Путина, если у кого-то еще за рубежами нашей славной родины остались в этом сомнения, особенно среди украинцев. Часть из них ходит на все политические суды, включая суды по узникам Болотной, поддерживают политзаключенных. Да и украинцам очень важно видеть поддержку внутри России, особенно важно было это в самом начале 2014 года. Так что респект им и море уважухи. Только вот к изменению режима в России, если честно, все это имеет очень маленькое отношение, по моему личному мнению. И когда они начинают обвинять тех, кто начал заниматься настоящей политикой в России, в том, что мол те предали идеалы прекрасной и красивой уличной революции, когда все было по-настоящему, продались Кремлю, и в прочих гадостях, мне есть, что им ответить, просто не хочется обижать. Но иногда все же им стоит задуматься о некатегоричности и своего императива, а не только чужих.

Были и совершенно коммерческие проекты в этой системе. Но многие вряд ли вам бы в этом признались, а Варламов, например, даже и не скрывал (спасибо ему за честность). Он говорил, что снимает протесты только потому, что это приносит популярность, множество просмотров в ЖЖ и, в итоге, хороший коммерческий доход. Журналисты писали, фотографы снимали, рекламодатели платили бабки – система внесистемной пришла к стабильности, всех все устраивало, кроме тех, кто хотел реального изменения политического режима в стране. А я хотела именно последнего. И я же – танк, если вы не забыли еще об этом. Потому просто так вернуться в путинскую систему и жить спокойно, забыв свои основные цели, тоже не могла.

К моменту вышеописанных походов на акции, я уже плотно влилась в виртуальную политическую оппозиционную жизнь в Живом Журнале. Ну как плотно? Так себе – читала и распространяла информацию и тексты с оппозиционных сайтов, делала какие-то перепосты и «гнала волну», комментировала в журналах известных оппозиционеров или тех, кого я ими считала. Почитывала политические паблики. Бодалась с охранителями. В общем, осваивалась потихоньку, становилась частью оппозиционной внесистемной системы в виртуальном мире. И размышляла про себя как ее надо переформатировать и почему же все так странно.

Одновременно поучаствовала виртуально в спасении Светланы Бахминой из застенков. Это, наверное, была единственная акция, которую я могла себе занести в шаги к поставленной цели.

В тот же время меня зафрендил какой-то блоггер Навальный, который интересно писал о коррупции в госкорпорациях и совсем не влезал в общеоппозиционные темы. Он тогда всех френдил. Читать его было легко, писал он хорошо. Кто это такой, кем был до того – я вообще не знала, да мне и не надо было знать.

Близился новый 2009 год, а мною в 2008 было по сути не сделано почти ничего, что бы меня приблизило к поставленной задаче. Все шло своим чередом, путинская система вышла из кризиса и начала развиваться. И так бы и развивалась благополучно в устойчивой среде. НО, как известно всем, есть у нас один ярый ломальщик устойчивых систем, которому спокойно не живется и хлебом не корми – дай пнуть путинскую стабильность ногой под зад со всей своей дури, так что ее начинает сильно лихорадить, и она трещит по швам. Один на всю страну (тогда, в 2008 году), способный это сделать, с виртуозность слона в посудной лавке. Догадались кто это? Ну конечно это он – Владимир Владимирович Путин, которому вечно нет покоя. (продолжение следует).

Страница автора в ФБ

Фото

More in Політика, Суспільство, Записки
osnovaniya-dlya-proverki-predpriyatiy
Ирина Ред: Доверять друг другу настолько, чтоб было удобно проверять

И нужна определенная смелость, в чем настоящий вызов для молодого гражданского общества - преодолеть страх конфликта и ввести процедуру работы...

Close