Останні новини

Общественный договор как фундамент Европейской цивилизации

Лекція Збіґнєва Буяка на Школі соціальних посередників. Харків, 24 вересня 2015

Анонс лекції

Презентація до лекції

В конце 18 столетия, как мы все знаем, состоялись три раздела Польши. Участвовали в них наряду с Москвой и две страны – нынешние члены Евросоюза. Почему это стало возможным? Да потому что мир видел, что в Польше бардак. Там фактически нет власти, а те, кто себя ею называют, не в состоянии управлять страной как следует.  То есть государство там то ли есть, то ли нет.

В 80-м году прошлого века мир смотрел на Польшу уже совершенно иначе. Можно было спросить кого угодно в самой глухой дыре, и он бы ответил: «О да! Я знаю! Польша – это там, где «Солидарность», Лех Валенса». Ну и конечно, Иоанн Павел II, о том, что папа – поляк, тоже все знали.

1989 год. Круглый стол. Уже всем ясно, что Польша – это Европа. А что такое Европа? Сегодня это не только географическое понятие. Европа – это определенные ценности, стиль жизни. Где находится эта Европа? И откуда она родом?

Каждый знает, что эта Европа стоит на трех китах. Это Афины, Рим, Иерусалим.

Что такое Афины? Это прежде всего Форум. Здесь собирались все граждане, чтобы обсудить  проблемы города, всё, что касается публичной сферы его жизни, и совместно принять решение. Можно сказать, что основополагающие идеи демократии родом отсюда, из Афин.

Что такое Рим? Конечно же, право. Закон.  А у его оснований – латинская максима PACTA SERVANDA SUNT (договор следует выполнять). Без этого невозможно понять Европу.

Мне могут сказать: договоры бывают разные. В 1939 году Сталин с Гитлером тоже заключили договор, который повлек за собой мировую трагедию. Но мы будем говорить о другом договоре – о договоре между гражданами и властью, который лежит в основе европейской цивилизации.

Об Иерусалиме, третьем «ките» Европы, мы поговорим позже, равно как и о четвертой ее опоре. Потому что, по моему мнению, Европа стоит не на трех, а на четырех китах, и эта четвертая опора находится в Украине. Она очень важна. Но несмотря на это, а может быть, именно поэтому, говорить о ней есть смысл только тогда, когда мы разберемся  с основными принципами европейской цивилизации.

Итак, 2004 год. Первое, что я  увидел, когда приехал в Киев, это толпы людей, идущих к Майдану Независимости. И сразу почувствовал себя как в 80-м в Польше. Мы все тогда шли к Гданьской судоверфи, вот так же, как киевляне шли на Майдан. Это был очень мощный символ. Сегодня сам Майдан стал символом, и думаю, что для многих людей с ним ассоциируется само географическое название «Украина».

Потом я увидел двух молодых парней, которые играли в шахматы. Я сфотографировал их. Доныне считаю, что мне в тот момент удалось запечатлеть образ самой Оранжевой революции. Ведь революция – это игра, похожая на шахматы, но куда более сложная:  она идет в каждом квадратике шахматной доски и к тому же – на нескольких уровнях. Чтобы победить в революции, нужна не только сила и отвага, но и сообразительность, мудрость, способность к стратегическому мышлению.

Зима, снег, мороз. Господь Бог бил украинцев всем, что было под рукой. Но украинцы выстояли, с честью прошли сквозь эти испытания.

Уже тогда на киевском Майдане можно было увидеть символы всего того, что для Украины было, есть и будет важным. Посмотрите на снимки. Видны тут польские флаги, белорусские, флаги ЕС.  Но что было в ту пору главным девизом? Ющенко?

Хорошо, я согласен: в первой фазе революции какой-то вождь должен быть.  Но что дальше? Я задавал этот вопрос украинцам. Они отвечали: всё будет хорошо. Ющенко  – хороший человек. Честный, образованный, человек европейской культуры. Всё будет хорошо.

Я тогда подумал: «Нет, друзья, не будет. Если таков ваш способ мышления – не будет».

Главным результатом победившей революции должен стать ДОГОВОР. Кто с кем и о чем говорил на Майдане? Это было очень важно,  и я внимательно присматривался как к «оранжевым», так и к «синим». Как только становилось известно, что пришел очередной поезд с востока, «оранжевые» бежали его встречать. Я за ними.  Можно было предположить, что встреча с «синими» закончится конфронтацией и даже дракой. Но ничего подобного!  «Оранжевые» и «синие» разговаривали друг с другом, вместе обсуждали проблемы запада и востока страны. Шла серьезная дискуссия граждан Украины, причем – зрелых граждан, очень глубоко понимающих проблемы своей страны и способных взять на себя ответственность за ее судьбу.

Почему они тогда не смогли договориться? Что помешало?

Были тогда на Майдане те, которые называли себя бойцами, я даже женщин видел среди них.  Они говорили: «Все эти попытки договориться… Мы не верим в это. Ну, пусть себе поболтают, если им это нравится. Но в случае, если что-то пойдет не так, – мы готовы».

«Мы готовы» – это что значит?

В любом случае уже тогда было совершенно ясно, что случится, если проблемы страны – повторяю: проблемы, которые граждане Украины в ту пору очень глубоко понимали и достаточно точно определяли, – не будут решены.

И вот  Евромайдан. Огонь, стрельба и даже кровь – эту картину видел весь мир.  Но было также еще кое-что, не каждому заметное. Когда приехали польские журналисты, я им сказал: «Пойдемте, я вам что-то покажу», и показал бутик «Zara» прямо рядом с баррикадами. Бутик был открыт. Внутри все в порядке, светло, ни одна витрина не разбита. Вокруг ожесточенная борьба, а «Zara» спокойно продолжает торговать дорогим товаром. Более того: раз пришли «титушки», хотели этот бутик разграбить. Парни с Майдана  не позволили, встали на защиту. Спрашиваю их: «Как такое возможно?». А они мне: «Ну, Збигнев, нам этот бутик не нужен, там всё слишком дорого для нас. Но там работают нормальные, порядочные люди. Зачем же их обижать?»

Европа такого в жизни не видела! Во время беспорядков в Париже пылали целые кварталы.  И об этом вы должны помнить, – об этой культуре Майдана – как о своей величайшей ценности и доказательстве вашей европейскости.

Говорю вам об этом как поляк, гражданин страны, которая уже прошла большую часть трудного пути к европейским ценностям, но путь этот далеко еще не закончен, и все мы это понимаем.

Однако вернемся к главной нашей теме – к общественному договору. Представляю вам одну из наших огромных ценностей – список требований, разработанных и выдвинутых нашим Стачечным Комитетом 17 сентября 1980 г.  Список открывал постулат о создании свободных, независимых от партии и правительства рабочих профсоюзов. Остальные касались самых разных проблем страны, и об этом мы еще будем говорить, но для начала я хотел бы, чтобы вы почувствовали разницу.

Чего достигла победившая «Солидарность»? В первую очередь того, что граждане получили возможность сами решать экономические, социальные и политические проблемы своей страны. Власти – парламенту, всяким там первым секретарям – мы могли сказать только одно – «Не мешайте нам».

А каков был результат Оранжевой революции, ее главное достижение? Ющенко. Всё зависело от того, будет ли он величайшим политическим гением, каких еще никогда и нигде не было. Оказалось, что нет, уж таким гением он не был, может, он и был хорошим политиком, но чудес не творил.

И вот на что я еще хотел бы обратить ваше внимание. В постулате номер 3 речь шла о необходимости реально обеспечить гарантированную Конституцией ПНР свободу слова и публикаций, и стало быть, прекратить преследования независимых издательств, а  также дать доступ к средствам массовой информации представителям всех церквей и конфессий.

Анджей Вайда, когда это прочитал, воскликнул: «О!  Значит, они борются и за мои интересы» – ведь для рабочих свобода слова не является витальной потребностью, это то, без чего не могут жить интеллектуалы – и тут же выехал в Гданьск.

Да, мы боролись за благо всех, всего общества. В том же постулате, напомню, выражалось требование свободы совести не только для Католической Церкви, но для всех верований. И потому нас поддержали все. Мы были солидарны со всеми и все были солидарны с нами.

Далее предстояло решить проблему, которую могла создать реакция Москвы. Что мы будем делать, если СССР введет войска? А ведь никто не был уверен, что этого не произойдет. И мы решили разработать программу.  Для себя, если все будет хорошо, или для молодых, тех, кто будет работать после нас, если бы будем арестованы, или нас вообще не будет. Ну и разработали мы такую программу.

Фактически это была программа реформирования страны.  Очень серьезная и очень подробная.  Всё, что надлежало изменить в жизни страны, было представлено; как мы собираемся это сделать, детально прописано. Шаг за шагом.

Разработка таких программ – это всегда очень важно. Именно они позволяют людям понять, способны вы что-то изменить, или нет.

Второй наш договор – самый главный! – был результатом Круглого Стола.  В принципе, это был шаг на пути к реализации разработанной нами программы, хотя некоторые пункты были  изменены. Почему? Да потому что такова природа переговоров – надо уметь идти на уступки, не бояться что-то менять.

Это было очень трудно – договориться с коммунистами. Но необходимо. Лех Валенса, даже когда сидел в тюрьме, все время говорил: «Нужны переговоры. Надо договариваться». Да и все это понимали. Самый популярный лозунг тех времен – «поговорим, как поляк с поляком». Откуда пришло к нам это понимание? Беру на себя смелость утверждать, что так было потому, что несмотря ни на что, мы были элементом европейской культуры. Той культуры, в основе которой лежит диалог, переговоры, договор.

Вспомним первый документ, с которого, собственно, эта традиция началась, – знаменитые «12 статей» предводителей Крестьянской войны в Германии.

Как это было? 50 представителей трех групп повстанцев – разных групп, которые во многом были не согласны друг с другом, – встретились в свободном городе Мемминген, жители которого симпатизировали  восставшим. Предводители отрядов представили требования крестьян. После долгих переговоров 20 марта 1525 г. был  составлен документ «Двенадцать статей».

Он не был подписан. Восстание было подавлено, многие его участники были убиты, многие казнены. Только в 1848-1849 гг. удалось достичь целей, сформулированных в  этом документе. Но эти 12 статей остались в головах, в сознании людей, заставляли думать о поставленных проблемах, что-то меняли в мировоззрении не только крестьян, но также их противников. Сегодня мы можем говорить об этом документе как о начале великой европейской традиции, в принципе – цивилизации договора. Именно он стал краеугольным камнем, хотя кроме него в ходе Крестьянской войны были составлены еще несколько требований и программ.  Среди них одна была несравненно более радикальной, чем «12 статей».

Радикалы есть всегда и везде. В Польше это «Солидарность сражающаяся», «Левая Солидарность», в Украине – Правый Сектор. Радикалы нужны – они определяют вершину устремлений, максимум требований. Но они не приемлют договора. Ну зачем говорить с врагом? Его надо уничтожить – и точка.  Радикализм – это всегда война. Договор заключается там, где войны никто не хочет.  Войну можно проиграть. Договор обязывает обе стороны работать над выполнением принятой программы.

Может быть, разбомбить Москву было бы проще всего. Но возможно ли это? Может быть, выгнать из страны всех сепаратистов было бы здорово. Но решит ли это проблему? И каковы будут последствия?

Я искал на Майдане и Крещатике европейские символы. Видел репродукции Делакруа – «Свободу, зовущую народ на баррикады». Да, Французская революция – это великое событие в истории человечества. Но это не договор.

Я видел сотни, тысячи символов национальной идентичности. Это было прекрасно и брало за сердце.  Так же, как идея создать на Майдане мемориал. Но когда я услышал об этом, то подумал: «Красиво. Но может быть, сначала надо победить?».

Однажды я увидел известную фотографию Круглого Стола. Думаю, это был символ стремлений украинцев в Европу и солидарности с поляками. Но дорогие мои! Круглый Стол – это прежде всего договор! А вот его-то как раз и не было.

Был еще транспарант «Не разойдемся, пока власть не выполнит наши требования». Хорошо! Замечательно! Но где они, эти требования, совместно разработанные и максимально точно сформулированные после публичных обсуждений? Не было их.

У Евромайдана было много лидеров. Я познакомился с ними всеми и могу сказать, что у  каждого было свое собственное видение этих самых требований. Не было единого мнения, а это значит, что люди, бывшие на Майдане, не смогли договориться даже друг с другом. Что уж говорить о переговорах с противником?

В каждой революции – в Польше, в Украине, Бирме – были три лозунга, которые можно считать главными: свобода, справедливость и достоинство.

Что это такое – достоинство? Оно проявляется во взаимоотношениях между людьми. Если я – раб, ни о каком достоинстве не может быть речи, о нем можно говорить только тогда, когда устанавливаются партнерские взаимоотношения и есть взаимное уважение.

Помню, как один украинец рассказывал мне, как был в испанской тюрьме. Он работал нелегально в Испании, ну и его взяли. «Знаешь, Збигнев, – говорил он, – там  полицейские относились ко мне с большим уважением, чем относятся ко мне здесь, в моей родной стране, где я ничего не нарушил и не дал повода для ограничения моих прав. Поэтому я на Майдане. Хочу, чтобы и в моей стране было это уважение к человеку».

Мне это понятно, я очень хорошо помню, как говорили со мной, как смотрели на меня даже самые мелкие государственные чиновники во времена ПНР.

Но достоинство – это и определенные обязательства. Итальянский писатель Чезаре Рипа в конце 16 века создал Иконологию, которая была богато иллюстрирована аллегориями различных библейских и философских понятий. Среди них есть Дигнита – Достоинство, изображенная в виде женщины, несущей на плечах красивый и богато украшенный, но большой и явно тяжелый сундук. Что в нем? Общественные проблемы. То, о чем граждане должны говорить, о чем должны думать и что должны обсуждать, чтобы всем вместе принимать важные решения. Нельзя сказать «Ну что ж, мы взяли на работу Ющенко, или Порошенко, пусть работает, а если нам его работа не понравится, мы его уволим». Это по-детски.

Достоинство – это тяжелый груз, поскольку оно неразрывно связано с необходимостью действенного участия в управлении общественной жизнью. И этот груз человек обязан нести.

Где искать источник такого понимания человеческого достоинства? Когда это началось? В момент подписания Великой хартии вольностей (Magna Charta Libertatum)? Нет. Значительно раньше.

Вернемся к Иерусалиму. Существовала ли когда-нибудь религия, в которой представления о взаимоотношениях Бога и человека были бы  такими же, как в религиях Книги, то есть в иудаизме и христианстве? Это может показаться невероятным, но эти религии говорят нам, что  с самого начала между Богом и человеком установились партнерские отношения.

Человек создан свободным, у него всегда есть право выбора. И христианство, религия, сформировавшая ментальность европейца, это постоянно подчеркивает.  Бог что-то предлагает человеку – только предлагает, ничего не навязывает силой, человек всегда может ответить «нет». Далее следует разговор с Богом, очень похожий на то, что происходит здесь, на земле, между двумя договаривающимися сторонами. Человек обдумывает предложение, просит кое-что уточнить, и только потом  решает, принять предложение Бога – а это уже заключение договора! – либо это предложение отвергнуть.  Но если договор заключен, это накладывает на обе стороны ответственность за его выполнение.

Сначала Бог заключил договор с Адамом и Евой, потом с Ноем, Авраамом. Переговоры с Моисеем на горе Синай были долгими и трудными. Но в результате был заключен договор с Израилем и принята программа на всю жизнь – Декалог.

Не буду утомлять вас больше богословием.   Надеюсь, что мне уже удалось показать, как глубоко укоренилась идея договора в жизни и способе мышления европейцев.  Предложение – обсуждение – договор – программа ответственных действий. Такова структура жизни европейцев. Без этого невозможно понять Европу, в том числе и того, почему различные европейские институты и организации, социальные службы и всё остальное работает так, как оно работает.

И еще одно. Договор не может быть однодневкой. Великая хартия вольностей, принятая в 1215 г., по сей день в Англии является действующим законом. Так же, как документы, принятые в 17 и 18 веках.

Ну и наконец, Бендерская конституция – Pacta et Constitutiones legum libertatumqe Exercitus Zaporoviensis (Пакты и конституции прав и вольностей Войска Запорожского) – составленная Пилипом Орликом в 1711 году.

Этот документ так и не вступил в силу, не стал действующим законом. Но несмотря на это, по моему глубочайшему убеждению, его можно считать фундаментом европейского мышления в Украине и доказательством того, что ростки европейскости здесь были издавна. Вам не надо импортировать Европу, как некую заморскую диковинку, у вас есть свои европейские традиции, есть что развивать и на что опереться.

Я не ошибся, когда в начале нашей беседы сказал, что Европа держится не на трех, а на четырех китах. Вот это и есть тот четвертый кит, четвертая опора, без которой будущее Европы не будет надежным.

Збіґнєв Буяк

Записала – Світлана Філонова

Ось як проходила перша сесія Школи соціальних посередників

———

More in ЄвроІнтеграція, Миротворчість, Наша історія, Освіта і наука, Статті, Українська миротворча школа, Школа критичного мислення, Школи
1397910_530523500349358_132636969_o
Тоня Білоус. Плач смерті

...

Close