МАЙДАН - За вільну людину у вільній країні


Архіви Форумів Майдану

"Версія" про депортованих кримських узбеків

04/20/2006 | Tatarchuk
Крымское подполье

18 апреля 2006 | 22:45
Андрей Цаплиенко

Ровно год назад "Спец.Кор" выдал в эфир первый материал о религиозном экстремизме на территории Украины, в частности, мы говорили о существовании в Крыму разветвленной сети партии исламского освобождения "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами". Сегодня число сторонников этой партии в Украине насчитывает, не много, не мало - пять тысяч человек.

"Хизб-ут-Тахрир" считают террористической организацией Германия, Россия, США, Иордания, Саудовская Аравия и многие другие страны. В Украине же, в 2005 году, эта организация вполне открыто проповедовала свои идеи. И тогда ей противостояли лишь сторонники традиционного ислама.

Сегодня, год спустя, "Хизб ут-Тахрир" не прячется в подполье. Идеи этой организации проповедуются в мечетях. Партия участвует в издании газеты "Возрождение", которая, называя всех немусульман "кафирами", призывает к созданию всемирного Халифата вместо существующего государственного строя. Авторы газетных статей обвиняют офицеров милиции крымскотатарской национальности в коллаборационизме. Буквально - "зачем мы сажали своих в чиновничьи кресла, надеясь, что они там будут отстаивать наши интересы." Впрочем, от причастности к тем событиям, в которых мы хотим сегодня разобраться, Партия Исламского Освобождения отказывается. Хотя мы еще к ней вернемся.

Четырнадцатого февраля 2006 года из Симферополя в Ташкент были депортированы 11 узбеков. За это решение Украину не осудил только ленивый. Евросоюз и Соединенные Штаты заговорили о том, что Киев отдает в руки режима Каримова ни в чем не повинных людей, которых на Родине обвиняют в тех преступлениях, которые те не совершали. Удивительно, что в 2005 году в Узбекистан было депортировано только из Крыма 207 человек. При этом, ни Управление Верховного Комиссара ООН по делам беженцев, ни ОБСЕ, ни отечественные правозащитники не обвиняли Украину в нарушении обязательств перед мировым сообществом.

Седьмого февраля украинские спецслужбы провели операцию по задержанию одиннадцати человек в двух населенных пунктах - в поселке Нижнегорский и городе Белогорск. У спецслужб были основания считать, что эти люди являлись членами боевых ячеек Исламского Движения Узбекистана - организации, которая признана террористической во многих странах мира. Белогорская и Нижнегорская группы отрицали какую-либо друг с другом. Но вот на этой фотографии, сделанной в Коктебеле - Дилмурод Искандияров, работавший в Белогорске, и Ариф Абдурахимов, осевший в Нижнегорском.

В Узбекистане этих людей обвиняли в причастности к беспорядкам в Андижане в мае 2005 года. Но из одиннадцати депортированных только один - родом из Андижана. Остальные проживали в Коканде и Ташкенте.

Вот уже почти двадцать лет, как Дилявер Мемедляев вернулся на родину, в Крым. Дилявер - владелец небольшого магазинчика в поселке Нижнегорский, в котором местные работяги любят хлебнуть пива да пообедать свежим шашлыком. Дилявер и сам знает цену трудовой копейке. Чтобы развернуть свой бизнес, репатрианту пришлось работать по двадцать часов в сутки. Дилявер долгое время проживал в Узбекистане, наверное, именно поэтому шестеро узбеков и обратились к нему с просьбой выделить им часть помещения под пекарню. Парни развернули дело. Завезли специальную печь и принялись выпекать узбекские лепешки.

Шестеро из тех, кого депортировали в Узбекистан по подозрению в участии в Андижанском мятеже, работали здесь, в импровизированной хлебопекарне в поселке Нижнегорский. Их рабочий день начинался в пять утра и заканчивался в восемь вечера. Лепешки из самса - дело хлопотное. Именно здесь их и задержали сотрудники украинских спецслужб.

У Дилявера нет оснований считать их боевиками.

Дилявер Мемедляев, бизнесмен: "И когда узнали, что таким образом их отсюда забрали, то есть их забрали рано утром - влетели в масках, скрутили, бросили в машину, увезли, - люди были просто в шоке. Они недоумевали - как их могли забрать и за что. За то время, пока они здесь работали, никак не можно было сказать, что они связаны с криминалом, или намерения у них есть какие-то нехорошие... "

Райхана Рамазанова - главный человек на кухне Дилявера. Она, пожалуй, каждый день видела "нижнегорскую" группу в деле - ведь парни в шесть часов начанали рабочий день. У них не было свободного времени, говорит женщина.

Райхана рамазаева, повар: "Утром рано в шесть часов приходили, в три часа уходили. Постоянно работали. Туда-сюда не ходили, нормальные люди были".

В Нижнегорском до сих пор остались некоторые документы депортированных узбеков. Судя по копии паспорта и по фотографиям, все они принадлежали тридцатилетнему Хаету Хамзаеву. По записям, которые делал Хает, можно определить, что хозяину магазинчика пекари платили ежемесячно по двести гривен. Но Хаета интересовали не только пекарские дела.

В дневнике Хаета Хамзаева, одного из арестованных узбеков, кроме деловых записей, есть еще и стихи. Они звучат примерно так:

"Будь настроен на веру. Вера твоя, которую ты спрятал, как лучистую звезду, помогла тебе стать мусульманином".

И дальше : "Я слишком слаб, чтобы, расправив крылья, подняться. Я слишком слаб, чтобы следовать старым канонам. Я слаб, и не могу повернуть глаза, не повернув голову. Я слаб, чтобы вести людей за собою. Я слаб, но у меня нет сил, чтобы распыляться".

В дневнике много фотографий. На них - молодой человек в торжественные минуты своей жизни. Но это не Хает. Это его старший брат Хамид. Хамид - член организации "Акрамия", он объявлен в международный розыск за вооруженные нападения на здания УВД и СНБ Узбекистана. Сейчас находится в городе Винница, по некоторым сведениям, работает на сахарном заводе.

В сорока километрах к югу от Нижнегорского - Карасу-Базар. Так раньше назывался городок Белогорск. Здесь опытный бизнесмен Али Бородин решил открыть хлебопекарню. Он заключил договор с Дилмуродом Искандияровым, который должен был выполнить первоначальные работы в пекарне. Дилмурод, узбек из Коканда, нанял еще четверых своих соотечественников. Так он, по крайней мере, говорил своему хозяину. Али не знал, что в Узбекистане Дилмурод разыскивается за террористическую деятельность и убийство. Остальных членов группы Бородин, по его словам, не знал. Уже восьмого февраля ему сообщили, что его работники - члены Исламского Движения Узбекистана. Но Али до сих пор в этом сомневается.

Али Бородин, бизнесмен: "Я не верю в их терроризм, в их бандитизм. Почему человек, который ведет себя как бандит, он не будет ходить свободно по рынку, он не будет ходить в организации какие-то, обращаться с просьбами. Я считаю, это мое мнение, что этот человек не был преступником".

По словам Али, его работники крайне редко покидали Белогорск и все свободное время проводили тут же, в недостроенной пекарне. Выходит, ни для пропаганды, ни для подрывной деятельности у них времени не было. В конце концов, Али имел дело только с одним - Искандияровым. Чем занимались остальные, хозяин никогда не интересовался. Мы нашли человека, который считает, что эти люди готовились к созданию в Крыму террористических групп. Человек этот до сих пор формально является членом партии "Хизб ут-Тахрир".

В одной из крымских мечетей, где открыто проповедовались идеи "Хизб ут-Тахрир", парень - назовем его Редван - познакомился с группой узбеков, которые ввели его в свой круг. Этот человек всерьез опасается за свою жизнь, поэтому избегает общаться с журналистами с открытым лицом.

Редван, член "Хизб ут-Тахрир": "Когда будет исламское государство - внедрить, подчинить. Они должны были подготавливать людей, чтобы они больше знали про ислам, и про партию "Хизб ут-Тахрир", которая ведет борьбу на территории как на территории Узбекистана, так и здесь неофициально ведет борьбу - распространяя литературу, о том как жили в исламском государстве, что сейчас происходит, и какие ущемления в отношении ислама по всему миру".

Редван утверждает, что поначалу речь шла лишь о духовном джихаде - против своих слабостей. Узбеки, наставляя новых учеников, вели беседы прямо в мечети. Но прошло немного времени, и учителя заговорили о практической деятельности. Своих последователей они разделили на несколько групп. Одни должны были стать проповедниками, другие - боевиками.

Редван, член "Хизб ут-Тахрир": "Если вдруг будет сопротивление, сейчас ведется подготовка боевого крыла ""Хизб ут-Тахрир",
Андрей Цаплиенко: "Подготовка боевого крыла ведется?"
Редван: "Да, ведется".
Андрей Цаплиенко: "Как эта подготовка ведется?
Редван: "Приходим на стадион, занимаемся... В основном, все тут спортсмены. Обычно, спортивные тренировки - это для определенного состязания, а это общее - для самозащиты, для нападения".

Формировалась структура, которая замыкалась на выходцев из Узбекистана. Задачи этой организации вскоре довели до личного состава.

Редван, член "Хизб ут-Тахрир": "Это предполагалось проведение боевых действий на территории Крыма. Да. Они говорили, что ведут вооруженную борьбу".

Узбеки не особенно скрывали свое членство в "Исламском Движении Узбекистана".

Организация была основана в 1996 году. Политический руководитель движения - Тахир Юлдашев. Военное звено партии возглавляет Джума Ходжиев, более известный, как Джума Намангани. Его отряды воевали в Таджикистане, Киргизии и Афганистане, на стороне движения "Талибан". Тахир Юлдашев, под именем Мухаммад Тахир Фарук, сумел организовать стабильное финансирование организации, проведя в Пешаваре переговоры с представителями исламских организаций Пакистана, Турции и Саудовской Аравии. Эта встреча была организована при помощи сотрудников Пакистанской межведомственной разведки, ISI, в 1995 году. В 1997 году с помощью Хаттаба был создан специальный тренировочный лагерь под названием "Узбекский Фронт". В соответствии с договоренностью между Хаттабом и Намангани в этом лагере прошли подготовку триста узбекских боевиков, часть из которых участвовала в захвате Андижана.

Карим в прошлом майор узбекского спецназа. Татарин по национальности, он вернулся в Крым после того, как уволился со службы. Восемь лет Карим воевал против боевиков Исламского Движения Узбекистана. Его считали одним из лучших специалистов антипартизанской войны. Здесь, в Украине, его опыт оказался не нужен спецслужбам, и Карим был вынужден зарабатывать на жизнь, обучая детишек рукопашному бою. Зато, в отличие от спецслужб, военный опыт Карима оценили другие. Ему предложили тренировать будущих боевиков.

Карим, бывший майор узбекского спецназа: "Терроризм - это мой враг, это болезнь всего мира. С ним надо бороться. А то, что они ко мне пришли... Они изучали меня, наверное, я думаю, изучали. То, что человек, как говориться, приехал оттуда, то, что у него что-то не получается.. И думали заинтересовать его большими деньгами, чтобы он тренировал вот этих людей. У них есть свои группы, которые работают и среди населения, изучая, какой контингент прибыл в данное время в республику Украина. Со мной, которые были, вербовщики, общались, я не могу сказать, кто они были именно по национальности, но по акценту - у них чистый кавказский акцент был. "

Мы узнали об этом случае вербовки, только благодаря тому, что честь офицера не позволила Кариму принять предложение боевиков. А сейчас вы впервые за всю историю украинского телевидения, вы увидите видеозапись ликвидации лагеря идеологической подготовки экстремистов в Крыму.

Лагерь этот находился в районе Ай-Петри. Впоследствии люди, организовавшие этот семинар на открытом воздухе, утверждали, что занимались лишь изучением Корана. Но вряд ли в Коране подробно описаны - техника рукопашного боя, навыки организации беспорядков и искусство маскировки.

Среди учеников - местные сторонники "Хизб ут-Тахрир".

- Присягу не принимал еще?
- Принимал.
- Принимал? Так ты уже "хизби"?
- Да
- Понятно.

Именно они заявляли о том, что лагерь на Ай-Петри поддерживал тесные контакты с фондом "Ар-Раид", отделение которого находится в Симферополе.

Фонд не прячется. Его здание - в центре Симферополя. Мы пытались пообщаться с адептами "Ар-Раид", но потерпели неудачу. Представители фонда, увидев камеру, заволновались, и общения не получилось.

Лидер мусульманской общины Украины, глава Духовного Управления мусульман шейх Ахмед Тамим считает, что "Ар-Раид" способствует проникновению экстремистских течений ислама в Украину.

Ахмед Тамим, лидер Духовного Управления мусульман Украины: "Да. Есть опасность в их существовании.. Но они не вчера появились.. А когда мы десять лет назад говорили, почему нас не слушали? Некоторые из экстремистских течений говорят: "Мы здесь плохо не хотим делать, мы на основе закона работаем и будем работать, мы пропаганду делаем". Значит что, использовать Украину как плацдарм? Чтобы штаб-квартиры были здесь, а единомышленники - уже там делали плохо? Так, может, есть штаб-квартиры в другом месте, чтобы нам, здесь делать плохо? Под лозунгом защиты малоимущих они это делают."

В Украине нет эффективных законов, которые могли бы быть барьером для проникновения в страну любых форм экстремизма. К тому же, после истории с депортацией активистов Исламского Движения, насколько нам стало известно, было расформировано подразделение Службы Безопасности, в задачу которого входила борьба с религиозным экстремизмом в Крыму. В советское время за проведение подобных операций награждали. Теперь - отмечают выговорами. Видимо, давление со стороны ОБСЕ и Запада на политическую верхушку Украины сыграло в этом не последнюю роль.

Сегодня впервые в программе "Спец.Кор" украинские спецслужбы решили признать факт существования религиозных экстремистских группировок в Украине.

Представитель руководства Службы Безопасности Украины: "Кримський півострів, з урахуванням його географічного положення і розташування, залишається привабливим для окремих вихідців із країн Азії і Африки. Серед них, є особи, які розшукуються правоохоронними органами тих країн за участь у діяльності у екстремістсько-терористичних угрупуваннях. Окремі з тих осiб вдаються до спроб щоб поновити свою дiяльнiсть і на території Криму, і на території нашої країни взагалі, в тому числі, щоб залучити до цієї роботи, до цієї діяльності потенційних прибічникiв з числа мiсцевого населення."


Впрочем, история с узбекскими исламистами еще не закончена. Кроме тех одиннадцати боевиков, которых депортировали из страны, в Украине находилось еще шесть активных членов "Акромийи". Один из них, Илхом Каримов, сумел убежать из Крыма в более гостеприимный украинский регион. Сейчас Каримов, Хамзаев и еще несколько человек находятся в Виннице. Их прячут от журналистов, надеясь переправить в одну из западноевропейских стран. Ну, а пока они работают на одном из многочисленных сахарных заводов края и подторговывают на рынке, как тысячи других нелегалов. Мы попытались связаться с ними, но наши собеседники прерывали разговор всякий раз, когда понимали, о чем идет речь. Нам удалось выяснить, что из Крыма этих парней вывозили нелегально. Причем, этому немало способствовал правозащитник Дмитрий Гросман. Сейчас он у нас на связи.

На связи - правозащитник Дмитрий Гросман.
Андрей Цаплиенко: "Добрый день, Дмитрий. Как Вам удалось вывезти из Крыма нелегалов?
Дмитрий Гросман: "Ті двоє, фактично, виявилися в нелегальному становищі, і перебували у такій схованці, назвемо це так, кілька днів. Вони вийшли на правозахисні організації, тобто на нас. Тому ми вирішили практично провести таку операцію по вивезенню цих людей з Криму на територію Вінницької області і ми фізично просто поїхали за ними, і спеціальним методом, тому що це було не так просто для людей без документів, фактично перевезли їх на територію Вінницької області..."

Незадолго до того, как группу узбеков захватили в Нижнегорском, несколько человек из этой группы обратились в фонд по натурализации и правам человека "Содействие". Узбекские нелегалы пытались начать процедуру получения статуса беженца в Украине. В фонде считают, что у спецслужб не было никаких оснований задерживать узбеков, поскольку у тех уже была на руках "зеленая справка" - свидетельство подачи заявления о получении статуса беженцев.

Эльвира Зейтуллаева, менеджер проекта: "Я не могу подтвердить, что они были террористами, или не были террористами. Я не могу этого сказать. Единственное, что я могу сказать, что впечатление было такое, что эти люди чем-то подавлены, потому что явно, такой страх в глазах у них был, обреченность какая-то. Главный вопрос, который я им задала: "Хотите ли вы вернуться в Узбекистан?". "Нет. Мы не можем туда вернуться. Мы просто боимся туда вернуться." - они сказали.

Сергей Должанский, начальник управления миграционной службы в АРК: "По тем документам и по тем заявлениям, которые нам были представлены гражданами Узбекистана, и по которым нами было принято решение, оснований о том, что эти лица могут быть беженцами в Украине у них не было".

Поток нелегалов в Украину остановить сложно. И в этом потоке очень легко затеряться тем, кто воевал с неверными и готовится воевать с ними в будущем. Система поборов на госгранице позволяет нелегалам годами жить незамеченными в пределах Украины. Действует она безотказно. Граждане бывших советских республик могут находится на территории страны в течение девяноста дней без регистрации. Дальше - либо в милицию за регистрацией, либо выезжай из страны. Те, кто не очень-то горит желанием общаться с людьми в погонах, нашли другой способ. Он заключается в том, что документ на границу без хозяина. Человек, которого вы скоро увидите, утверждает, что неоднократно отправлял свой паспорт путешествовать из Украины в Россию и обратно. Причем, для того, чтобы поставить печать, выбирают именно железнодорожный переход. Ведь здесь не проверяют по компьютеру личность владельца паспорта. Но, говорят, проводники, которые оказывают такую услугу, нынче берут слишком много - шестьсот гривен за один штамп.

Ахмед, нелегальный мигрант: "Проводники говорят, мы там дальше пограничникам отдаем, таможенникам, везде там связи есть. Раньше сто -сто пятьдесят было рублей, сейчас - триста, пятьсот, шестьсот рублей некоторые говорят."

Нелегалов в Украине немало. В основном, это труженики, которые пытаются спасти от голода свои семьи в Средней Азии. Центр распределения этих людей находится в Виннице. Винница - очень удобное место. Здесь много сахарных заводов, значит, всегда нужны рабочие руки. И появление сезонных рабочих не вызывает много вопросов. Здесь есть десятки квартир, на которых прячутся нелегалы. Затем нелегалов разбрасывают по разным городам Украины. Примерно, по этой схеме и попали в Крым узбеки из Исламского Движения.

Но кто в дальнейшем занимался их судьбой? Кто подсказывал механизмы легализации? Кто организовывал проповеди в мечетях?

Редван, человек, которого хотели сделать боевиком, считает, что в судьбе узбеков принимали участие члены "Хизб ут-Тахрир".

Миролюбивость этой организации теперь вызывает сомнения, особенно после того, как в наши руки попал этот диск. Обычно такие диски раздаются на встречах членов ячеек партии.

На диске - подвиги моджахедов во время чеченской войны и перед вторжением американцев в Афганистан. Редван утверждает, что зачастую во встречах в мечети имел место подробный анализ увиденного по видоотчетам, снятым в Чечне.

Редван, член партии "Хизб ут-Тахрир": "Да, конечно, они общались, поскольку они из одной партии, по той причине, что каждый, кто на данный момент находится в Крыму, из партии "Хизб ут-Тахрир" непосредственно связаны с узбеками, и тому подобными, один над ними стоит, а потом уже каждый разделяется. В Крыму, да, есть партия "Хизб ут-Тахрир", они проповедуют ислам для создания исламского государства, когда будет Халифат, чтобы мы присоединились без сопротивления".

На этой части украинской территории проходит одна из многочисленных крымских акций протеста, которые в народе называют "самозахватом". Журналисты снимают здесь редко, но не потому, что протестующие запрещают делать им это - за территорией поселок нынешних крымских функционеров, а они не любят рекламировать свой уровень жизни.

Эту поляну, как нам сказали, захватили сторонники "Хизб ут-Тахрир" и объявили зоной действия законов шариата. Впрочем, на вопрос подтвердить или опровергнуть сказанное, молодые ребята только рассмеялись. Да, мы соблюдаем намаз, сказали они, но от законов Украины еще не отказываемся. Крымский контраст богатства и бедности заставляет людей искать решение своих проблем в радикализме.

И те, кто победнее, пытаются найти свой путь в борьбе за свои права. Их используют, создавая образ врага. Многие из них - в сущности, обычные люди, неплохие ребята, которые тоже задумываются над тем, а почему в этой стране никто никогда никому не может гарантировать безопасность. До вторника.

http://www.podrobnosti.ua/projects/onthefront/2006/04/18/306740.html

Відповіді

  • 2006.04.20 | Tatarchuk

    Дмитро Гройсман попав. Пособник терору, мля!

    Яким пафосом такі як Дмитро Гройсман журналіст прирівнює фактично до ісламських радикалів:
    > Но кто в дальнейшем занимался их судьбой? Кто подсказывал механизмы легализации? Кто организовывал проповеди в мечетях?

    Це мабуть одне й теж саме, - займатися їх судьбою, підказувати механізми лєгалізації та читати проповіді в мечетях!

    А оцей хід думки мене просто потряс:
    > Да, мы соблюдаем намаз, сказали они, но от законов Украины еще не отказываемся. Крымский контраст богатства и бедности заставляет людей искать решение своих проблем в радикализме.

    Це такий радикалізм - блюсти закони України, але нагло робити намаз.
  • 2006.04.20 | Anneken

    отак завжди

    люди працюють, працюють, а потім приходять якісь цаплієнки і обливають всіх лайном. бее.
  • 2006.04.20 | СЗ

    Тільки для інфо, Татарчуку і ін., новий звіт (англ)

    EURASIA DAILY MONITOR
    Dear EDM Readers,

    In light of the recent discovery of a large arms cache near the Tajik border, and the excellent field reporting by Igor Rotar from Tajikistan's Ferghana Valley, we are delighted to bring you a reprint of an article from the Jamestown publication Terrorism Focus by this esteemed Central Asian analyst.

    The article below is significant for a couple of reasons: first, it discusses the uprising in the Tajik city of Kayrakkum this past January that bears a similarity to the May 2005 events in neighboring Andijan in Uzbekistan. Second, Rotar points to new trends in Islamic militancy in the Tajik portions of the Ferghana Valley that indicate the Islamic Movement of Uzbekistan is being revitalized and that the organization Bayat has some affiliation with the organization Hizb ut-Tahrir. Third, Rotar's field reporting indicates that Islamic militancy in Central Asia is not limited to Uzbekistan's Ferghana Valley, and the recent events in Kayrakkum should give credence to Uzbek government reporting that the uprising in Andijan did in fact have some extremist roots.

    We trust that you will enjoy this report and continue to watch this issue as conflict and instability in the region becomes a source of renewed concern. Additionally, to read more articles by Igor Rotar, please visit the below two sections on the Jamestown website:

    - Rotar's Articles from Jamestown's Global Terrorism Analysis Publications

    - Rotar's Articles from Jamestown's Eurasia Daily Monitor

    Sincerely,

    Glen Howard
    President, Jamestown Foundation

    --------------------------------------------------------------------------------










    Resurgence of Islamic Radicalism in Tajikistan's Ferghana Valley

    By Igor Rotar

    The Ferghana Valley is one of the most unstable regions in Central Asia. In early 1989, pogroms of Jews and clashes with Meskhetian Turks broke out and resulted in the deaths of 150 people. Subsequently, 15,000 Meskhetian Turks fled from the Ferghana Valley. In 1990, clashes between Uzbeks and Kyrgyz resulted in the deaths of more than 200 people and in the destruction of more than 1,000 houses. An uprising in the Uzbek city of Andijan in May 2005 seriously aggravated the situation in the Ferghana Valley.

    Social instability in the Ferghana Valley is a result of the high population density (the highest in Central Asia) and a shortage of arable land. The fact that a great majority of the population of the valley lives in rural areas is the main factor destabilizing the situation. Additionally, the population of the valley is more religious than the population of any other region in Central Asia. It was here that the Islamic Movement of Uzbekistan (IMU) emerged. Currently, the radical Islamic organization Hizb ut-Tahrir is the most active in the valley.

    Although the Uzbek authorities managed to suppress the Andijan uprising, there is little confidence that the peace will last. The problem is that in the 1920s, the single ethnocultural region of the Ferghana Valley was divided between three states: Uzbekistan, Tajikistan and Kyrgyzstan. Even today, the Tajik, Uzbek and Kyrgyz parts of the Ferghana Valley remain closely linked. Therefore, even if Uzbekistan manages to maintain control over its part of the valley (which seems unlikely), there is not any guarantee that the metastasis of the Andijan crisis will not spread to the neighboring countries of Tajikistan and Kyrgyzstan.

    The Andijan Link

    In mid-January, in the Tajik city of Kayrakkum, the Andijan events were replicated on a smaller scale. Armed people stormed and seized a detention center and in the process killed a policeman and also freed an associate who belonged to an Islamic terrorist organization. According to Tajik authorities, after the attack the militants managed to hide in neighboring Kyrgyzstan. Two days later, Abdugafor Kalandarov, the chief prosecutor of the Sogd district of Tajikistan, stated that the IMU has become noticeably active in the Ferghana Valley. According to the prosecutor, authorities managed to find whole arsenals of weapons concealed by militants (Eurasia Daily Monitor, February 15). "Today, the IMU has become an international organization," Kalandarov told Jamestown. "It includes Tajiks as well. [The IMU is] united in its wish to build an Islamic state in Central Asia by military means. It is possible that after the supression of the Andijan uprising, some militants moved to Tajikistan along with their weapons."

    In addition to Kayrakkum, the Tajik town of Isfara has also been affected by Islamic militants. The town of Isfara is located in the Isfara region of the Sogd district and is regarded as the unofficial capital of the Tajik part of the Ferghana Valley. The population is much more religious than in other cities of Tajikistan. About a year ago, the special services in Isfara detained 20 members of the extremist organization Bayat. According to local authorities, members of the organization killed protestant pastor Serghey Bessaraba, who had been actively involved in spreading Christianity among Tajiks. They also torched a few mosques whose imams cooperated with the authorities. While being apprehended, the members of Bayat put up resistance. It is noteworthy that members of Bayat had not resorted to such radical measures before. Intially, they planned to order the district in line with the norms of Sharia and create some semblance of the Iranian revolutionary guards.

    In 1990, the current leader of the IMU, Tahir Yuldashev, created a similar Islamic militia in the Uzbek part of the Ferghana Valley. It can be assumed that Bayat maintained close links with the IMU. According to Muzasharif Islamuddinov, the former mayor of Isfara and a current deputy of the Tajik Parliament, who spoke to Jamestown, "It was in 1997 that people in our district heard for the first time about Bayat when law enforcement agencies arrested a citizen of Uzbekistan for committing a murder who was a close relative of one of the leaders of the IMU. At that time, the investigation discovered that the murderer was linked with the underground organization Bayat."

    According to the imam of the Hazhan mosque, Huri Ibadulo Kalozade, Bayat probably emerged in northern Tajikistan in the early 1990s. "At that time a flood of foreign Islamic priests rushed to Tajikistan," Kolozade explained to Jamestown. "There were members of the organization called Bayat among them." According to authorities in Dushanbe, Tajik citizens belonging to Bayat fought on the side of the Taliban in Afghanistan and some of them are now in captivity at the U.S. base in Guantanamo (Eurasia Daily Monitor, May 3, 2004).

    Speaking with Jamestown, the mayor of Isfara, Mukhiba Yakubova, said, "I believe that Bayat is a purely terrorist organization which aims to destabilize the situation in northern Tajikistan." Yakubova also said that lately policemen have been finding buried caches on the outskirts of Isfara containing shotguns. "We can only guess whom these weapons belong to. Maybe they simply belong to hunters, or to terrorists," Yakubova said.

    The activity of Islamic radicals in the Isfara district is a very alarming signal since Isfara is located at the crossroads of the Kyrgyz and Uzbek sections of the Ferghana Valley. Isfara is only 10 kilometers from the Batken district of Kyrgyzstan through which mujahideen of the IMU were fighting their way to Uzbekistan in 1999 and 2000. Additionally, Isfara is located about 50 kilometers from the Uzbek city Kokand, where in November 2004 an uprising against Uzbek authorities broke out. Indeed, according to Ahmadzhon Madmarov, a human rights activist from the Ferghana Valley, many residents of Kokand participated in the Andijan uprising.

    Chain Reaction

    Uzbeks make up about 30 percent of the population of southern Kyrgyzstan. The majority of Uzbeks in southern Kyrgyzstan have relatives in Uzbekistan. Today, no one in Kyrgyzstan denies that there were Kyrgyz citizens among the participants of the Andijan uprising. "It is not a secret that there are members of the Akramiya movement in the south of Kyrgyzstan," said Sadikdzhak Mahmudov, the head of the Osh human rights organization Rays of Solomon. "Almost all of them are local Uzbeks," Mahmudov continued. "It is interesting that they all had known in advance about the planned uprising and a few days prior to the events went to that city."

    It appears that Akramiya—founded in 1996 after an ideological split within Hizb ut-Tahrir—has been active in Kyrgyzstan for many years (RFE/RL Uzbek Service, May 11, 2005). According to Samsibek Zakirov, a representative of the committee for religious affairs of the Osh district, "In 1998 some people appeared who tried to convince people not to visit mosques as it is a sin and pray at home instead. As far as I understand, a refusal to visit mosques is one of the conditions of Akramiya teachings."

    Despite the fact that the last 439 Uzbek refugees were sent from Kyrgyzstan to Romania, a great number of refugees from Uzbekistan still remain in the Republic. Their number, according to the estimates of some Kyrgyz human rights activists, may be as high as several thousand (fergana.ru, December 8, 2005).

    Last fall, one of the leaders of the uprising in Andijan, Kabul Parpiev, granted several interviews to the Western media. According to the Central Asian website fergana.ru, both Uzbek and Kyrgyz special services are still looking for Kabul Parpiev on the territory of Kyrgyzstan. The Uzbek special services fear that "Kabul Parpiev is assembling people in Kyrgyzstan to invade into Uzbekistan" (fergana.ru, December 8, 2005).

    In the opinion of Aselbek Eghembediev, an employee of the Fund for Social Tolerance, based in Batken, the situation in southern Kyrgyzstan has become increasingly tense since the May Andijan events. For example, as Eghemberdiev says, leaflets calling for revenge against the Uzbek authorities for the carnage in Andijan were circulated in the Kyrgyz city Kizil Kiya which borders Uzbekistan (located 40 kilometers southeast of the Ferghana Valley).

    Policemen Found Weapons in the Same City

    The ideology of Hizb ut-Tahrir is in fact quite exotic from the Western point of view. The party believes that democracy is unacceptable to Muslims. At the same time, the members of Hizb ut-Tahrir always stress that they condemn violence. The softer policy of the Kyrgyz authorities toward extremist organizations accounts for the fact that the main centers of Islamic radicals are located in this Republic. Here, they control their followers both in Uzbekistan and in Kyrgyzstan. For example, the unofficial "capital" of Hizb ut-Tahrir in Central Asia is located in the Kyrgyz city Karasu.

    The imam of the central mosque in Karasu, Rafik Kamaluddin, told Jamestown that "the Uzbeks live on both sides of the Ferghana Valley both in the Andijan district of Uzbekistan and in Osh district of Kyrgyzstan." He continued, stating, "During the Soviet Union, the city Karasu, which was one single city, has now been divided by the border into two parts: Kyrgyz and Uzbek. Nowadays, Islamic radicals of Uzbekistan flee to Kyrgyzstan in fear of repression. The majority of these people settle down in Kyrgyz Karasu. A narrow channel separates us from the Uzbek part of the city. Perhaps that is exactly why our city is called the capital of Hizb ut–Tahrir." For instance, as witnessed by this author, every five minutes a homemade boat with people unwilling to pass the customs check crosses the border channel. In the opinion of Kammaluddin, the people cross the border illegally to avoid paying bribes to the Uzbek customs officials. One factor is obvious: the border remains transparent and one can transport not only leaflets, but also weapons.

    Destabilization of the situation in southern Kyrgyzstan is also promoted by the lack of firm authority in post-revolutionary Kyrgyzstan. As Jamestown stated in the past, the current vacuum of power in Kyrgyzstan provokes inter-ethnic clashes. For example, the relationships between Uzbeks and Kyrgyz have become heated in the Kyrgyz part of the Ferghana Valley. The fact that the population of neighboring Uzbekistan may become involved in the clash if it erupts makes possible consequences hard to predict. An example of this spillover effect took place in 1990 in Osh district. Osh is situated just a few kilometers from the Uzbek border and is about 60 kilometers from Andijan. During the Kyrgyz-Uzbek carnage in the Osh district in 1990, crowds of residents of the Andijan district who were coming to help their compatriots were stopped at the Uzbek–Kyrgyz border with great difficulty (Eurasia Daily Monitor, February 10).

    One can assume that the Andijan turmoil was simply the first symptom of the destabilization of the situation in the Ferghana Valley. In fact, a chain reaction effect has taken place here. A crisis in any part of the valley inevitably leads to cataclysms in adjacent territories, and that, in turn, provokes new shocks in neighboring countries.

    --------------------------------------------------------------------------------
    The Eurasia Daily Monitor is a publication of the Jamestown Foundation. The opinions expressed in it are those of the individual authors and do not necessarily represent those of the Jamestown Foundation. If you have any questions regarding the content of EDM, or if you think that you have received this email in error, please respond to pubs@jamestown.org.

    Unauthorized reproduction or redistribution of EDM is strictly prohibited by law.

    The Jamestown Foundation
    4516 43rd Street, NW
    Washington, DC 20016
    202-483-8888 (phone)
    202-483-8337 (fax)

    http://www.jamestown.org

    Copyright (c) 1983-2004 The Jamestown Foundation.
  • 2006.04.21 | Tatarchuk

    Кримські майданівці стебуть сюжет на Медіа Крим(л)

    Это просто капец! (Рецензия на фильм ужасов)
    Брат-1, www2.maidanua.org, 21 апреля 2006

    http://mediacrimea.com.ua/index.php?new_id=87

    "Ровно год назад "Спец.Кор" выдал в эфир первый материал о религиозном экстремизме на территории Украины, в частности, мы говорили о существовании в Крыму разветвленной сети партии исламского освобождения "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами". Сегодня число сторонников этой партии в Украине насчитывает, не много, не мало - пять тысяч человек".

    - Вот тут было бы интересно остановиться подробнее. Это откуда у Цаплиенко такая цифра? Опс, далее следует молчание. Чувак соскакивает - и далее рассказывает про Германию итд...

    "Хизб-ут-Тахрир" считают террористической организацией Германия, Россия, США, Иордания, Саудовская Аравия и многие другие страны. В Украине же, в 2005 году, эта организация вполне открыто проповедовала свои идеи. И тогда ей противостояли лишь сторонники традиционного ислама".

    - ... а ещё ей "противостояли" коммунисты и прочие неучи, которые постоянно "путали" Хизб с Меджлисом. Ясный красный, что о Меджлисе в этой передаче о Крыме нет НИ ОДНОГО упоминания!

    А дальше идёт типичный "чёс". Автор постоянно путает Хизб и ИДУ, потом приплетает Ар Раид, Андижан и Акромию. Как эти организации связаны между собой? Видимо, тем, что сообща исповедуют Ислам.

    "У Дилявера нет оснований считать их боевиками".

    "Райхана Рамазаева, повар: "нормальные люди были".

    "Али Бородин, бизнесмен: "Я не верю в их терроризм, в их бандитизм".

    - Но им вериить не стоит, по крайней мере так считает Цаплиенко. Ведь есть доказательство, что все они покрывают своего единоверца:

    "Но Хаета интересовали не только пекарские дела."

    "В дневнике Хаета Хамзаева: "Будь настроен на веру. Вера твоя, которую ты спрятал, как лучистую звезду, помогла тебе стать мусульманином".

    - Вот чувака и спалили. Нет, он в натуре исповедовал Ислам! Какие после этого могут быть отмазки.

    "Мы нашли человека, который считает, что эти люди готовились к созданию в Крыму террористических групп. Человек этот до сих пор формально является членом партии "Хизб ут-Тахрир".


    - То есть теперь уже ЦАПЛИЕНКО верит Хизбам. И правда, живой человек назвавшийся Хизбом - куда более надёжный источник, чем трое бизнесменов и куча правоозащитников.
    Не верите? А вот железное доказательство:

    "Этот человек всерьез опасается за свою жизнь, поэтому избегает общаться с журналистами с открытым лицом".

    - Короче, он носит хиджаб. Интервью он давать не боится, ведь разве кто его заподозрит. А вот личико спрятать решил. Очень надёжный свидетель.

    "Формировалась структура, которая замыкалась на выходцев из Узбекистана".

    - Ключевое слово: "выходцы из узбекистана".

    "Узбеки не особенно скрывали свое членство в "Исламском Движении Узбекистана".

    - Особенно не скрывали они этого перед Ридваном, который Хизб. Ну не знали ребята, что Хизбы с ИДУ - на ножах. Встретив Ридвана, так ему и сказали: мы из этого, как его. Хизб. Ну то есть ИДУ.ну или Акромия. Мусульмане мы короче, ваххабиты. Террористы. Давай дружить, ведь мы беспринципные гады.

    "Организация была основана в 1996 году. ... В 1997 году с помощью Хаттаба был создан специальный тренировочный лагерь под названием "Узбекский Фронт". В соответствии с договоренностью между Хаттабом и Намангани в этом лагере прошли подготовку триста узбекских боевиков, часть из которых участвовала в захвате Андижана".

    - Оп, опять начали про ИДУ. А закончили "Узфронтом". Забыли только упомянуть, что с 2002 года ИДУ нет физически. Ну забыли и забыли, Цаплиенко же не востоковед. Зато про Андижан вспомнил.

    "Карим в прошлом майор узбекского спецназа. Татарин по национальности, он вернулся в Крым после того, как уволился со службы".

    - А вот на сцену выходит главный свидетель - узбекский спецназ. Тупые узбеки додумались, зная его биографию, вербовать к себе. Как их жестоко обманули.

    "А то, что они ко мне пришли... Они изучали меня, наверное, я думаю, изучали. То, что человек, как говориться, приехал оттуда, то, что у него что-то не получается.. "

    - Офицерская честь службиста-каримовца со звучным татарским именем Карим - вот где они прокололись:

    "Мы узнали об этом случае вербовки, только благодаря тому, что честь офицера не позволила Кариму принять предложение боевиков."

    А ДАЛЬШЕ ВООБЩЕ КАПЕЦ: !!!!!!!!!

    "Лагерь этот находился в районе Ай-Петри. Впоследствии люди, организовавшие этот семинар на открытом воздухе, утверждали, что занимались лишь изучением Корана. Но вряд ли в Коране подробно описаны - техника рукопашного боя, навыки организации беспорядков и искусство маскировки."

    - Грач! прости нас, ты ведь был прав! А мы тебе столько лет не верили! ай Петри!!!

    "Именно они заявляли о том, что лагерь на Ай-Петри поддерживал тесные контакты с фондом "Ар-Раид", отделение которого находится в Симферополе".

    - Перевожу: хизбы сами на себя стукнули. И арраид спалили, заодно.

    "Сегодня впервые в программе "Спец.Кор" украинские спецслужбы решили признать факт существования религиозных экстремистских группировок в Украине".

    - угумс, точно впервые. Ни разу до этого ни СБУ, ни нардепы, ни все кому не лень этого не делали.

    "Но кто в дальнейшем занимался их судьбой? Кто подсказывал механизмы легализации? Кто организовывал проповеди в мечетях?


    - Это всё - одно и тоже. Легализация, чтение в мечетях, - это криминал одного уровня. Правозащита туда же входит.


Copyleft (C) maidan.org.ua - 2000-2019. Сайт розповсюджується згідно GNU Free Documentation License.
Архів пітримує Громадська організація Інформаційний центр "Майдан Моніторинг". E-mail: news@maidan.org.ua