Останні новини

Александр Ройтбурд: Об искусстве с любовью и ненавистью

очень многобукв в двух главах.

глава 1. картинки с выставки.
вчера пошел на вернисаж в национальный художественный музей украины. выставка «спецфонд». такого культурного шока от открытия неизвестного мне пласта старого искусства я не переживал тридцать пять лет – со времен выставки «москва-париж» 1980-го года в московском пушкинском музее. ну ладно, с 1988 года – когда увидел перестроечную экспозицию новой третьяковки. но вчера к ощущению сенсационности события примешалось чувство стыда.

я не буду говорить о том насколько органично украинское искусство в последние годы своего естественного, не посмертного существования, вписывалось в интернациональный контекст тех лет – это и без меня очевидно. я скажу о другом.

за четыре дня до этого я бродил по римской галерее арта модерна. на открытии в киевском нацмузее я поймал себя на мысли что итальянское искусство того времени я знаю лучше.
итальянское искусство тех лет, наверное, ближайший аналог украинского. я имею в виду 20-е – 30-е годы, время трансформации футуризма / революционного авангарда в муссолиниевский неоклассицизм / сталинский соцреализм. это чисто вкусовое ощущение от языка и сюжетики, от композиционных, пластических и колористических решений. ближайший аналог в русском искусстве – объединение «ОСТ» – «общество станковистов», как мне показалось, ближе к украинскому по исторической судьбе, чем по языку и пластике. хотя и здесь, конечно немало интересных пересечений. но неожиданная близость к итальянцам породила ощущения на грани дежа-вю. я даже предложил куратору выставки юлии литвинец обозначить это искусство термином «УКРАИНСКОЕ НОВЕНЧЕНТО», подобно тому, как нас в свое время окрестили «украинским трансавангардом».

в италии, насколько мне известно, это искусство никогда не было табуировано и давно воспринимается как унылая классика. в советском союзе в 1933 году началась зачистка искусства от любых проявлений «формализма» параллельно с «искоренением буржуазного национализма». в 1937 это искусство было арестовано и помещено в «спецфонды», а частично уничтожено. как и многие из авторов. кто-то был расстрелян, кто-то посажен, кто-то сломлен, это мы и так знали. после смерти сталина расстрелянных и замученных реабилитировали, посаженных выпустили. но вот дальше в украине и в россии судьба искусства 20-х – 30-х сложилась по разному. в россии процесс массовой реабилитации запрещенного искусства начался в 50-е годы, несмотря на все откаты и истерики хрущева в манеже. в 60-е годы искусствоведы вроде александра каменского вытаскивали возвращали в активное культурное поле имя за именем, явление за явлением. в усср говорили: «ще не времья». пожалуй, только дмитро горбачов пытался пробить эту стену. ну, еще, наверное зиновий фогель, григорий островский, может быть еще кто-то. к зрителю вернулись считанные имена – кричевский, петрицкий, глущенко, в гомеопатических дозах – бойчукисты, ермилов, богомазов, пальмов. вот, пожалуй и все. в москве в 70-х выходит фундаментальное исследование костина «ОСТ» – в усср искусство этого времени заперто в спецфондах, как при сталине. в москве «реабилитированное искусство» начинает вытеснять соцреализм из музеев, его публикуют журналы, издаются альбомы. в киеве – как на кладбище. в москве в начале 60-х мейнстримом становится «суровый стиль», ноги которого растут непосредственно из «ОСТа» и «бубнового валета» – в украину он приходит в основном через москву. хотя и здесь есть ньансы. когда мне было 18 лет, я познакомился с маститым одесским художником алексеем поповым. он писал в основном порт в канонах «сурового стиля» и с благоговением рассказывал мне о своем учителе теофиле фраермане. вчера я впевые (!) увидел портовый пейзаж фраермана 20-х годов и сразу скорректировал свои представления о генезисе одесского сурового стиля 60-х – 70-х, с его многочисленными портовыми пейзажами, особенно касательно попова.

но –
в киеве спецфонды реально открыли только в 1987 году! через 30 лет после москвы.
а показали в нормальном объеме (и то не полностью) – только вчера! в прямом смысле этого слова.

еще минимум два поколения художников, вместо того, чтоб осмыслить прерванную традицию, оттолкнуться от нее и идти дальше,
лишние тридцать-пятьдесят лет занимались изобретением велосипедов. причем на основе адаптации зарубежных образцов, увиденных по большей части в репродукциях. Никакие интернациональные эталоны не смогли компенсировать отсутствие национального бекграунда современного искусства украины.

наше общество привыкло к ложной мысли об отсутствии либо ограниченности, вторичности и второсортности локальной художественной традиции и перестало беспокоиться о развитии украинского искусства – зачем развивать то, чего, по большому счету не было?
хребет украинскому искусству сломали дважды – при сталине, когда его уничтожили и арестовали, и после сталина, когда до 23 января 2015 года преступно медлили с реинтеграцией некогда репрессированного искусства в актуальный контекст.

то что давно следовало сделать базовым кодом самоидентификации и саморепрезентации украинской визуальной культуры, то что давно должно было породить относительно непрерывную, аутентичную, и в то же время интегрированную в интернациональный процесс художественную традицию, то, что должно было прочно занять свое место в подсознании украинского искусства, то, что давно должно было надоесть, то, что уже пора было забыть и спрятать в спецфонды –
все это мы только вчера оттуда достали.

мне стыдно.

глава 2. директор могилы атакует.

итак, рассекретили спецфонды в 1987 году, а выставили в 2015. правда, до этого многое (в основном авангард 20-х) включили в постоянную экспозицию, что-то еще эпизодически выставляли, но приблизительно две трети коллекции даже не распаковываали. больше чем четверть века этими вещами никто всерьез не занимался. директора музея, сначала романишин, потом мельник, потом миронова – не считали это чем-то интересным. хотя возможностей показать это было больше чем сегодня. я не буду транслировать мнения сотрудников музея по поводу причин, хотя полностью им доверяю. факт остается фактом – выставка состоялась в самое трудное для музея время благодаря героическому музейному коллективу во главе с директором марией задорожной. вчера я выразил свои восторги куратору юле литвинец, маше скирде, но задорожной на открытии я не увидел. оказалось, она только что вернулась с трехчасового совещания в минкульте и ушла к себе в кабинет в подавленном настороении. на этом совещании замминистра культуры игорь лиховый дал понять что она – “януковичский кадр” и будет уволена, а на ее место планируют вернуть бывшего директора анатолия мельника.

йобаный стыд и йобаная прачечная!

да, на пост директора музея маша задорожная была назначена при януковиче. но – ! – после многомесячной забастовки трудового коллектива против назначения на этот пост галеристки татьяны мироновой. протест музейщиков поддержали многие художники. я тогда на эту тему публично не высказывался. когда меня спрашивали, почему, я отвечал, что при всем уважении к профессионализму и самоотверженности юлии литвинец, юлии вагановой, марии скирды, оксаны баршиновой, из всей музейной команды только мария задорожная в полной мере обладает качеством, без которого директор не может успешно руководить музеем. и это качество – светскость. но задорожная не претендовала на должность директора. ко времени описываемых событий она ушла из музея. причем ушла не столько из-за мироновой, сколько из-за назначенного замом мироновой игоря лихового, на то время экс-, а ныне – зам. министра культуры.

только не надо меня уличать в какой-то нелюбви к кириленко. нет у меня никакой личной нелюбви ни к кому из власти. была когда-то нелюбовь к януковичу и нескольким наиболее одиозным товарищам из его тусовки, а к нынешним я в хорошем смысле этого слова прохладен. но фигура товарища лихового, занесшего над головой задорожной кадровый меч, повергает меня в уныние. начиная с его унылой биографии. помню как он стал министром культуры в правительстве еханурова. даже сама фраза о том что минкульт возглавил директор музея-заповедника “могила тараса шевченко” звучала достаточно зловеще. приход лихового завешил трансформацию культурной политики времен президентства ющенко из романтически-почвенной в национал-номенклатурную.

то, что черная метка задорожной была вручена в день открытия “спецфонда”, считаю глубоко символичным. вчера произошло наглядное столкновение модернизационной тенденции в украинской культуре с архаизирующей. сама задорожная, насколько я в курсе, заявила о готовности уйти, чтобы привлечь внимание общества к необходимости конкурса на место директора, надеясь, что в этом кресле окажется кто-то из нынешних музейщиков, например, левинец или скирда. я лично сомневаюсь, что при нынешнем руководстве минкульта результат конкурса будет именно таким. сама музейная команда единодушно на стороне задорожной – сотрудники говорят, что если задорожную уволят, то будут “шины и коктейли молотова”, разумеется, в фигуральном смысле. но это говорят слабые мужественные женщины, два месяца проработавщие в музее, оказавшемся на линии огня, и не допустившие ни пожара, ни разграбления. возвращение мельника они считают категорически неприемлемым.

вот такая производственная коллизия. опять унылое говно. я хочу сказать, что
1) мои симпатии однозначно на стороне задорожной и музейщиков;
2) надеюсь, что попытка вернуть музей в мельниковскую спячку натолкнется на активное противодействие всей живой мистецькой спильноты – от убеленных лысинами ветеранов до самозащищающихся трудящихся. и даже до тех молодых, которые тяжело дышат этим трудящимся в спины и точат на них зубки;
3) хотелось бы напомнить новым вельможам, что война на востоке не является уважительной причиной для удушения культуры в стране. Это тот случай, когда протестовать против вас, дорогие товарищи, можно и нужно;
4) я далек от идеализации большевиков, но они в 1919 году начали музейные закупки авангарда, который сами терпеть не могли, и стали массово открывать новые музеи. да, из награбленных вещей, но музеи. и открывать. причем политическая ситуация у них была посерьезнее нашей сегодняшней.

отсюда:
5) руки геть от музеев. в первую очередь – нхму;
6) необходимо срочно ввести в активный оборот гниющее в запасниках искусство. национальный музей необходимо в разы расширить. необходимо возобновить музеефикацию украинского искусства, в противном случае через 50 лет его не откопают даже в спецфонде. без искусства украина превратится в третьестепенную страну неинтересных миру жлобов. у которых нет за душой никакого осмысленного месседжа;
7) я в курсе, что денег нет, но пора начинать экономить не на искусстве, а, например, на коррупции, на воровстве, на откатах, на распилах. или на своем запредельном личном потреблении.

More in Суспільство, Культура, Наша історія, Патріотичне мистецтво, Статті, Школа критичного мислення
Українським воякам від польського комбатанта Вересня 1939

Але перш за все, я знаю, яке це - втрачати надію. І в цей важкий час, я бажаю Вам, щоб...

Close